Сайт-календарь соревнований s-events.ru
  • О журнале "Лыжный спорт"
  • Архив номеров

Иван Исаев: Стадион в Битце? Щас построим. Наливай полней!

Опубликовано: Журнал №35

Иван ИСАЕВ:

Иван Исаев

Год назад я твёрдо решил для себя никогда не писать об этом в «Л.С.». Какой смысл писать о поражениях? Но, быть может, сегодняшние поражения способны будут завтра продвинуть нас хоть на шаг вперёд?

 

…Три года назад я ввязался в эту историю. Три года назад по просьбе Геннадия Ивановича Бочарова я написал первое письмо в защиту «Битцы» в мэрию г. Москвы, и пошло-поехало. Конечно, я не был наивным человеком — я прекрасно понимал, что вслед за первым письмом придётся написать второе, за вторым — третье, за третьим — двадцатое, за двадцатым — тысяча двести двадцатое. И если на каком-то этапе ты устал, отступился, сдался, и у тебя не хватило времени написать это тысяча двести двадцатое письмо, значит, ты совершенно напрасно взялся за это дело, жёг собственное время и писал все эти предыдущие тысяча двести девятнадцать писем. Взявшись за это дело, нужно было суметь дойти до самого конца. Увы, всё сложилось совсем не так, как я предполагал.

 

Впрочем, обо всём по порядку.

 

Рассказать обо всех письмах, звонках, встречах, совещаниях, конференциях, президиумах, которые состоялись за прошедшие два года — не получится, не хватит рамок не то что статьи, но и целого журнала. Поэтому конспективно — о главном.

 

 ВИЦЕ-МЭР В.ШАНЦЕВ

 

История эта началась для меня по сути с приезда Валерия Павлиновича Шанцева на «Роснефть-спринт» в «Московские Альпы» в 2002 году. Конечно, в этот день вместе с генеральным директором «Канта» Григорием Ариевичем мы много говорили с вице-мэром о будущем спортивного комплекса «Московские Альпы», — обсуждать при этом какие-то иные проблемы было не очень удобно. Тем не менее, улучив минуту, я всё-таки задал вице-мэру вопрос о перспективах сооружения в Москве международного лыжного стадиона.

— Я думаю, этот стадион надо будет строить в Митино, — заметил Шанцев.

— Почему в Митино? — удивился я (напомню, разговор происходил за три года до строительства нынешнего лыжного стадиона в Красногорске).

— Там утробинский круг, там хороший рельеф, — ответил Валерий Павлинович.

Заметив моё недоумение, Шанцев спросил:

— А что, чем-то не нравится этот вариант, есть другие идеи?

— Это же подмосковная земля, там всегда была лыжная трасса и лыжная база именно подмосковного Красногорска. Не очень понимаю, как москвичи полезут со своим уставом в область. Между тем, в Битце, именно на московской земле, сегодня силами энтузиастов содержится лучшая лыжная трасса именно Москвы — там и надо строить лыжный стадион.

— И что, там действительно есть условия для сооружения лыжного стадиона?

— Приезжайте, посмотрите.

Шанцев неопределённо пожал плечами, и мы отправились на старт «Большой шляпы».

Каково же было моё удивление, когда через пару недель во время одной из радиопередач Валерий Павлинович в ответ на вопрос радиослушателя о перспективах развития лыжного спорта в столице заметил:

— Мы сейчас изучаем этот вопрос. До недавнего времени мы считали, что лыжный стадион надо строить в Митино. Но вот недавно я познакомился с очень интересной точкой зрения относительно того, что такой стадион можно построить, оказывается, и на юге Москвы, в Битце. В общем, тут надо всё хорошенько взвесить, прежде чем принимать окончательное решение.

Понимаете, абсолютно мимолётной беседы, буквально нескольких оброненных мимоходом фраз оказалось достаточно, чтобы вице-мэр сделал зарубку у себя в памяти о том, что есть такое место — Битца, где наряду с Митино тоже, оказывается, можно строить лыжный стадион. Много позже, немало позанимавшись этим вопросом, я пойму, что руководители города вообще находятся в полном неведении относительно того, что же лыжникам нужно в этом городе. Но это понимание придёт ко мне позже, а пока давайте и мы сделаем себе в памяти зарубку: вице-мэр города (между прочим, кандидат в мастера спорта по лыжным гонкам!) даже не знал о существовании такого места на карте лыжной Москвы — Битца.

 

Этих схем-концепций Лыжня к подъездам москвичей три года назад мы изготовили в клубе Фотон около сотни. Я раздавал их в кабинетах тех или иных московских руководителей, пока вдруг не обнаружил, что у меня остался один-единственный экземпляр. С него-то мы и отсканировали изображение схемы для этого номера Л.С.
Этих схем-концепций Лыжня к подъездам москвичей три года назад мы изготовили в клубе Фотон около сотни. Я раздавал их в кабинетах тех или иных московских руководителей, пока вдруг не обнаружил, что у меня остался один-единственный экземпляр. С него-то мы и отсканировали изображение схемы для этого номера Л.С.

 

 ГЛАВА УПРАВЫ СЕВЕРНОЕ БУТОВО

 

На встрече с главой управы выяснилось, что пятачок в 4,8 га, на котором располагаются вагончики клуба лыжников «Битца» и волейбольные площадки, принадлежит Москве, и он теоретически может быть передан лыжникам, но там могут возникнуть проблемы с подведением коммуникаций. Тем не менее, глава управы подтвердил возможность строительства компактной лыжной базы именно в этом месте. Параллельно с этим он заметил:

— Но если вам нужна земля для строительства полноценного международного лыжного стадиона, то могу предложить участок в Северном Бутове (с этого участка можно было зайти к тем же лыжным трассам, только с другой стороны, и при этом никаких проблем с подведением коммуникаций не возникло бы).

Надо было определяться — что и где мы хотим строить — компактную лыжную базу на месте существующих бытовок или на совершенно новом месте, в Северном Бутово — крупный стадион? Переговорили с Бочаровым и Матвеевым и решили: широко шагнёшь — штаны порвёшь —  перенос стадиона в сторону от трасс и от сложившегося места старта нежелателен. Решили: будем добиваться строительства лыжной базы именно на месте нынешних вагончиков.

 

 ПРЕФЕКТ ЮГО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА  г. МОСКВЫ

 

Параллельно с главой управы я бомбардировал письмами и префектуру Юго-Западного округа и, о чудо, вместо дежурной отписки, каковых я получил за время этой истории десятки, префект Юго-Западного округа В.Ю.Виноградов заинтересовался вопросом и пригласил на встречу. Я обрисовал ему ситуацию и  пригласил приехать на ближайшие соревнования для того, чтобы лично посмотреть на то, что происходит в «Битце». Префект обещал приехать, и не обманул. Мы с Геной посадили его на «Буран» и прокатили по всем петлям «гребёнки». Увиденное (и даже не столько сама трасса, сколько количество людей, оказавшихся в этот день на лыжне) произвело на Валерия Юрьевича сильное впечатление:

— Через неделю проведём в префектуре специальное совещание по этому вопросу с участием всех заинтересованных сторон — жду вас с обстоятельным докладом.

Через неделю мы с Геннадием Ивановичем Бочаровым выступили на этом совещании, доложили о своей концепции «Лыжня к подъездам москвичей». Рассказали, что если удастся реализовать наш замысел, сотни тысяч москвичей из микрорайонов Северное и Южное Чертаново, Коньково, Черёмушки, Зюзино, Тёплый стан, Нагорное, Северное и Южное Бутово смогут оказаться в пяти — десяти минутах ходьбы от подготовленных ретраком, освещённых лыжней. Тогда же, на этом же совещании, от экологов я впервые услышал выражение «антропогенная нагрузка».

— Валерий Юрьевич, если мы построим в этом месте лыжный стадион, антропогенная нагрузка на лесопарк многократно возрастёт — стоит ли нам это делать? — заметила некая дама, представитель экологической комиссии префектуры. — Кроме того, мы будем возражать против строительства в лесопарковой зоне крупных спортивных сооружений.

Я тут же, на совещании, достал эскизы лыжной базы от финской компании «Honka» (см. на следующем развороте):

—  Лыжная база может быть реализована и в таком виде — она будет иметь фундамент неглубокого залегания, будет построена из брёвен в один этаж и очень органично впишется в окружающий ландшафт.

После совещания префект высказался вполне определённо:

— Пишите письмо от своей лыжной федерации, заручайтесь поддержкой спорткомитета и давайте действовать — я вам гарантирую от префектуры всяческую поддержку.

 

Написано в конце 2002 года. Актуальности не потеряло до сих пор.
Написано в конце 2002 года. Актуальности не потеряло до сих пор.

 

 МИНИСТР СПОРТА Г. МОСКВЫ С.Н.КОРОЛЬ

 

Вообще-то, министр спорта города Москвы Сергей Николаевич Король был первым человеком, к которому я обратился за помощью. Председатель спорткомитета Юго-Западного округа Г.С.Иванова поспособствовала нашей встрече. На встречу я пришёл вооружённым — принёс эскиз лыжной базы, концепцию организации лыжней на юге Москвы под названием «Лыжня к подъезду москвичей». Вместе с эскизом и концепцией принёс проект письма министра к мэру с предложением начать немедленное строительство лыжной базы на территории зоны отдыха «Битца». Король повёл себя в определённом смысле вполне прогнозируемо:

— Генпланом развития города Москвы строительство лыжной базы на территории зоны отдыха «Битца» не предусмотрено. Кроме того, у города сейчас и денег нет на такое строительство.

— Хорошо, мы готовы построить эту лыжную базу за собственный счёт, только помогите со всеми разрешениями, поддержите нас.

Король удивлённо вскинул брови:

— Мы — это кто?

— Клуб лыжников «Битца», журнал «Лыжный спорт», наши партнёры — крупные российские и зарубежные компании, заинтересованные в реализации этого проекта. Деньги мы точно «подтянем», нам только нужна ваша помощь.

Король задумчиво покрутил в руках проект письма мэру.

— Давайте сделаем так — поправьте несколько слов вот тут и тут, и я подпишу это письмо. Приходите через пару дней.

— Сергей Николаевич, у меня с собой компьютер, давайте поправим сразу же здесь в приёмной, распечатаем, и подпишем сегодня.

Король поморщился:

— Зачем пороть горячку? Спокойно исправьте и приезжайте завтра, никуда я не денусь.

На том и расстались. Те несколько слов я поправил дома за пять минут. И после этого год с периодичностью в два-три дня вызванивал министра. Мотивировки, почему он не может принять меня, были, естественно, каждый раз разные: «на носу юношеские игры «Москва-Юта», зарубежная командировка, совещание, отпуск, проводы спортсменов-москвичей на Олимпиаду, подведение итогов Олимпиады,  и т.д. и т.п. Ну никак не находилось у министра несколько минут, чтобы встретиться со мною для того, чтобы выполнить своё обещание и подписать это письмо.

На каком-то этапе Кондрашов, узнав о том, что Король меня не принимает, вызвался мне помочь. Его-то секретарша соединила с министром мгновенно. Но Сергей Николаевич, похоже, был очень разочарован предметом заинтересованности обозревателя телеканала «Спорт». Тем не менее, внимательно выслушав, попросил дать ему некоторое время для уточнения деталей и через пару дней перезвонить. Вы уже догадываетесь, что услышал Кондрашов через пару дней, через пару недель и через пару месяцев? «На носу юношеские игры «Москва-Юта», зарубежная командировка, совещание, отпуск  и т.д. и т.п. (см. выше). Министра не стало и для Кондрашова.

 

 ПОМОЩНИК ВИЦЕ-МЭРА М.А.МЕНЯ

 

Вице-мэр города Москвы Михаил Александрович Мень курировал тогда в Москве социальные вопросы, так что моя попытка найти у него поддержку не была случайной. Помощник Меня, к которому я обратился со своей проблемой, выслушал меня внимательнейшим образом. Я сослался на генеральный план развития г. Москвы (он, кстати, вполне доступен на официальном сайте правительства г. Москвы), в котором в Москве к 2020 году  должно быть сооружено сразу несколько объектов для лыжников-гонщиков и поинтересовался, почему строительство этих объектов предполагается только к 2020 году. Заодно поинтересовался, почему в этом списке нет лыжной базы «Битца».

— Вы знаете, на моей памяти строительство каких-то объектов для лыжников в Москве предполагалось в своё время к 2005 году, потом к 2010, теперь вот к 2020, — заметил помощник. — Но вы не должны обольщаться — если от вашей федерации не будет кто-то конкретно заниматься этой проблемой, строительство этих объектов столь же плавно и закономерно переползёт с 2020 года на 2030, а потом и на 2040 год. Вы должны понимать, что само собой ничего строиться не будет. А «Битцы» нет в этом списке, думаю, потому, что никто и не предлагал её как объект потенциального строительства.

 

 КОНФЕРЕНЦИЯ В РАМКАХ ВЫСТАВКИ СПОРТИВНОЙ ИНДУСТРИИ НА ВВЦ

 

Узнав, что в рамках Выставки спортивной индустрии 2003 года на ВВЦ состоится совещание с участием всех руководителей города, так или иначе отвечающих за развитие социальной сферы, я, естественно, отправился туда. С высокой трибуны самые различные люди с энтузиазмом рассказывали о планах сооружения в столице ледовых дворцов, плавательных бассейнов, какого-то несметного количества хоккейных коробок, ФОКов, стадионов для ВМХ (это какая-то разновидность маунтинбайка), ледовых дорожек для кёрлинга, скалолазных центрах и т.д. и т.п. Слушал я всё это, слушал, и не выдержал. Встал, представился:

— Иван Исаев, главный редактор журнала «Лыжный спорт», член президиума Федерации лыжных гонок Москвы, член президиума Федерации лыжных гонок России. Скажите, пожалуйста, а почему в вашем замечательном плане сооружения спортивных объектов в городе Москве нет ни одного объекта для представителей зимнего вида спорта №1 в России — лыжных гонок?

Вице-мэр (по-моему, это была Л.Швецова), ведущая конференцию, отреагировала очень эмоционально. Всплеснув руками, она воскликнула:

— Нет, вы посмотрите — за много лет впервые вижу живого человека, представляющего лыжников. А где вы есть, господа лыжники? Почему мы вас не видим? Почему вы не приходите к нам со своими проблемами? Что вам нужно вообще в городе, мы что — должны сами догадываться об этом? Пожалуйста, кладите все ваши предложения на бумагу и милости просим ко мне с вашим президентом. Кстати, кто у нас в Москве президент лыжной федерации?

— Юрий Анатольевич Курсов.

— Вот вместе с Курсовым и приходите.

 

 ЦЕНТР СТРАТЕГИЧЕСКИХ ИНИЦИАТИВ МЭРА Г. МОСКВЫ.

 

В это же время организовали мне встречу с человеком, имени которого я здесь называть не стану, поскольку консультировал он меня неофициальным, скажем так, порядком. Когда я пришёл к нему и рассказал о наших проблемах, в том числе и о том, что уже с полгода мы не можем попасть на приём к Королю, он чистосердечно расхохотался:

— А чего вы вообще тогда можете, если к Королю попасть не можете? Король — далеко не самая главная фигура, способная помочь вам в этой истории. Ладно, выкладывайте, что там у вас.

Узнав, что нашей целью является строительство компактной лыжной базы в зоне отдыха «Битца», он очень удивился:

— А зачем вы сюда пришли? С этим вопросом вам даже не к префекту, а к главе управы Северное Бутово надо идти — это его уровень компетенции. Сюда-то, к мэру, вас что привело? Может быть, у вас есть какая-то концепция развития лыжного спорта не только в этой Битце, а вообще в Москве? Скажем, международный лыжный стадион хотите построить для проведения чемпионатов мира, или подготовить лыжные трассы во всех московских парках?

Я тогда достаю свой эскиз «Лыжня к подъездам москвичей». Международный стадион, лыжные мосты через МКАД, лыжня к подъездам сотен тысяч москвичей, живущих на юге Москвы. У моего собеседника даже глаза загорелись:

— Лыжня к подъездам москвичей, говоришь? Сотни тысяч жителей города в шаговой доступности от освещённой подготовленной лыжни?! Здорово! Вот это именно то, с чем вы и должны идти к мэру. А есть ещё где оборудовать в Москве лыжные трассы, кроме Битцы?

— Да полно таких мест в Москве — Измайлово, Крылатское, Ромашково, Орехово-Борисово, Медведково, Покровское-Стрешнево, Серебряный Бор, Сокольники, Лосиный остров, да мало ли ещё парков в столице?

— Очень хорошо. В общем, клади всё это на бумагу, пишите письмо от федерации, и как можно скорее ко мне — будем всему этому делу приделывать ноги.

 

Ничего сверхъестественного: типовой проект Лыжного центра от АО Хонкаракенне. В легком бревенчатом одноэтажном здании общей площадью в 1.736 квадратных метров размещаются небольшой спортивный магазин, хранилища спортивного инвентаря (здесь можно оборудовать, например, пункт проката лыжного снаряжения), гараж снегоходов или ретраков, раздевалки, баня, подсобки. В мансардном помещении - ресторан, кухня, бар, каминный зал, кабинеты. Такого рода недорогие и вполне экологичные проекты легко могут быть реализованы в любой точке России.
Ничего сверхъестественного: типовой проект Лыжного центра от АО Хонкаракенне. В легком бревенчатом одноэтажном здании общей площадью в 1.736 квадратных метров размещаются небольшой спортивный магазин, хранилища спортивного инвентаря (здесь можно оборудовать, например, пункт проката лыжного снаряжения), гараж снегоходов или ретраков, раздевалки, баня, подсобки. В мансардном помещении - ресторан, кухня, бар, каминный зал, кабинеты. Такого рода недорогие и вполне экологичные проекты легко могут быть реализованы в любой точке России.

 

 «ЛЕТУЧИЙ ГОЛЛАНДЕЦ» ПО ФАМИЛИИ КУРСОВ

 

Вы, наверное, уже обратили внимание, что практически все мои диалоги с теми или иными собеседниками завершались всегда одинаково: «Клади на бумагу, и с президентом — ко мне»? Но вот беда, это был именно тот период, когда Кондрашов, Грушин и Чепалов судились с ФЛГР, и когда президент ФЛГМ Ю.А.Курсов упорно отказывался подтвердить членство члена президиума ФЛГМ Андрея Кондрашова в этой организации. Позже, когда страсти поулягутся, Курсов, разоткровенничавшись, скажет мне об этом эпизоде:

— Андрюшка дурачо-о-ок! (Курсов выразительно постучал себя указательным пальцем по лбу). Неужели он не понимал, против чего попёр? Он же попёр против СИ-СТЕ-МЫ! А система и не таких ломала. Конечно, я не подтвердил бы его членства в ФЛГМ ни при каких условиях. Что же я — против Акентьева должен был идти?

В общем, Курсов и его правая рука вице-президент ФЛГМ Н.В.Денисов прочно легли на дно, встречаться отказывались, на звонки не отвечали, устав ФЛГМ «потеряли»,  печать федерации «не могли найти» и т.д. Там возникла любопытная коллизия, в которую опосредованно невольно оказался втянут и я — будучи членом президиумов ФЛГР и ФЛГМ, Андрей никак не мог на формальном уровне подтвердить своё членство в этих двух организациях. Когда Кондрашов вышел на Министерство юстиции и посетовал на то, что, будучи членом президиума ФЛГМ, он не может получить на руки устав ФЛГМ, там очень удивились:

— Если в общественной организации её членам не выдают устав этой организации на руки, вы вправе требовать аннуляции регистрации этой организации, и мы проведём эту аннуляцию едва ли не в трёхдневный срок.

Когда Курсову с Денисовым позвонили из Минюста и доходчиво объяснили, что светит ФЛГМ в случае «потери» устава, устав, естественно, у них мгновенно «нашёлся». Однако кроме устава Кондрашову необходимо было подтверждение его членства в ФЛГМ, а уж в этом вопросе Курсов и Денисов решили стоять насмерть — в этот период президиумы ФЛГМ, как и конференции ФЛГМ намеренно этими господами не собирались. Мы с Андреем попытались инициировать встречу членов президиума ФЛГМ для решения самых насущных вопросов (в том числе и строительства лыжной базы в «Битце»), но перепугавшиеся Курсов с Денисовым назначили на эти же день и час какое-то совещание в Москомспорте (по-моему, там даже распределяли какие-то бюджетные деньги), и все члены президиума отправились туда.

Ситуация оказалась абсолютно патовой. ФЛГМ вроде бы есть, и её вроде бы нет — письмо мэру писать некому. Министр спорта Москвы — не принимает. Вы, наверное, спросите: неужели я действительно целый год вызванивал Короля? Хотите верьте, хотите нет, вызванивал. И не то, чтобы я всерьёз верил в то, что он способен будет помочь нам в этой ситуации. Я, в общем, понимал, что Сергей Николаевич… Возможно, министр не увидел, как лично он мог бы поучаствовать в этом проекте, назовём это вот такими осторожными словами. Но министр, по правде говоря, нас не держал. Держала ФЛГМ. Я ведь понимал, что рано или поздно окажусь с этой проблемой за одним столом с Лужковым. Не сочтите за наглость —  не предполагал, не надеялся, а твёрдо знал, что так оно и будет. И я слишком хорошо знал, что к Лужкову надо приходить с готовыми проектами — он не любит полуфабрикатов, невнятных, непроработанных идей. Случись что, я всегда мог объяснить мэру, что министр спорта города, его прямой подчинённый, просто уклонился от решения этого вопроса. Но объяснять Лужкову, почему у нас нет заключения ФЛГМ (то есть заключения общественности) по этому вопросу, рассказывать ему о «летучем голландце» Курсове, повествовать о каких-то там судебных тяжбах было совершенно невозможно — он почти наверняка просто выставил бы нас за дверь:

— Разберитесь там прежде между собою.

Таким образом, вопрос решения судьбы «Битцы» прочно упёрся в ФЛГМ, которая столь же прочно легла на дно. Представляю, как сейчас, читая эти строки, Юрий Анатольевич Курсов злорадствует:

— Так вам и надо, сукины дети. Что, не обошлись без меня?

Да, Юрий Анатольевич, не обошлись. Надо заметить, что Вам принадлежит значительная роль в том, что лыжная трасса в Битце вскоре, по-видимому, исчезнет с лыжной карты Москвы. С другой стороны, Вы же в ФЛГМ не с улицы пришли, правда? Это ж мы Вас выбирали, значит, действительно, так нам и надо, сукиным детям.

 

Я смотрю на эту фотографию, и удивляюсь: сколько знакомых лиц моих товарищей-лыжников! Если бы хоть малая часть сотен и тысяч людей, считающих Битцу своим домом, оказалась способна принять реальное участие в судьбы Битцы, быть может, им не приходилось бы и по сей день переодеваться в дощатых, продуваемых всеми ветрами бараках на берегу битцевских прудов…
Я смотрю на эту фотографию, и удивляюсь: сколько знакомых лиц моих товарищей-лыжников! Если бы хоть малая часть сотен и тысяч людей, считающих Битцу своим домом, оказалась способна принять реальное участие в судьбы Битцы, быть может, им не приходилось бы и по сей день переодеваться в дощатых, продуваемых всеми ветрами бараках на берегу битцевских прудов…

 

 ОЧЕНЬ СКУЧНАЯ ГЛАВА (КОНФЕРЕНЦИЯ ФЛГМ)

 

Маленькое отступление. Поверьте, я всё знаю о своеобразном неформальном рейтинге материалов в «Л.С.». Знаю, что «скандальные» материалы имеют среди вас, наших читателей, самый низкий рейтинг, знаю, что всем хочется видеть в «Л.С.» что-то позитивное, жизнеутверждающее. Признаюсь, мне и самому скандалы эти изрядно надоели, так что я уже заканчиваю, как и удаляюсь из этой истории навсегда, так что потерпите ещё немного.

Прошло ещё с полгода или с год. Король на связь не выходил, Курсов по-прежнему отчаянно трусил проводить президиумы и конференции, и ФЛГМ… то ли самораспустилась, то ли расформировалась, то ли рассосалась без остатка. Срок полномочий и президента, и президиума давно истёк, а никто и не думал собирать новую конференцию. И вице-президент ФЛГМ Денисов решил, что конференцию провести всё же надо, тем более, что Курсов, предвидя серьёзный «разбор полётов» на предстоящей конференции, отказался дальше быть президентом, даже не приехав и не выступив с отчётным докладом (сказался больным). Но кто кто, а вице-президент Денисов твёрдо знал, что мы с Кондрашовым не станем молчать на этой конференции, и очень хорошо подготовился к судьбоносному событию. Кто бы мог представить — на входе в зал, где проходила конференция, всех нас встретили крепкие мальчики в штатском, не пропустившие в зал ни одного человека сверх списка приглашённых лично Денисовым? Нас с Кондрашовым, правда, Денисов не пустить в зал не посмел (как-никак члены президиума), но на конференцию не пустили, например, председателя оргкомитета чемпионата мира среди мастеров в Красногорске Александра Кулакова. Наотрез отказались пустить заслуженного тренера СССР Александра Грушина. Не пустили многих московских тренеров, не говоря о десятках простых лыжников-любителей. И мы с Кондрашовым предложили собравшимся не начинать работу до тех пор, пока в зал не пустят всех, пришедших на конференцию (так, собственно, всегда на конференциях ФЛГМ и было — присутствовали все желающие). Но как, вы думаете, могли проголосовать в этой ситуации люди, приглашённые по списку Денисова? Естественно, начинать конференцию, оставив эти несколько десятков человек за дверями.

Признаюсь, я тогда растерялся. В зале сидели, в общем, неглупые, весьма уважаемые мною люди, каждый из которых по-своему делал и делает для лыжного спорта Москвы очень много. Но почему эти люди посчитали, что они имеют право присутствовать в этом зале, а другие московские тренеры, лыжники — нет? Неужели только потому, что они оказались в списке, составленном Денисовым, а те, что были за дверями — в этот список не попали? Непостижимо, как вполне достойные люди, попавшие в какой-то там СПИСОК, начинают ощущать себя людьми совсем другого, более высокого сорта.

Не в первый раз убеждаюсь — чиновников переиграть невозможно, они всегда всё просчитывают на два шага вперёд тебя. Между тем, решение проблемы было, и решение это было предельно простым — надо было немедленно вызывать наряд милиции из ближайшего отделения и составлять протокол о том, что происходит в этом зале. Параллельно — звонить на телевидение знакомым журналистам. Уверен — Денисов и компания тут же струсили бы и всех в зал пустили. Но — не вызвал, не догадался, не сообразил. Когда сообразил, увы, было поздно — оскорблённые люди из-под закрытых дверей уже ушли.

Президентом ФЛГМ выбрали протеже Денисова — Михаила Васильевича Головатова, представляющего «Динамо» (представителей «Динамо» в этот день вообще была чуть ли не половина зала). Организатор чемпионата СССР («Союза Смелых и Сильных Романтиков») Станислав Лёвочкин (вторая кандидатура), естественно, Головатову проиграл. Почему естественно? А вы вспомните, кто был в зале…

Меня уже на второй срок выбрали членом президиума ФЛГМ от Юго-Западного округа. Согласился только потому, что понимал — надо приводить в порядок устав ФЛГМ, надо налаживать нормальную работу нормальной общественной организации, чтобы постыдные ситуации, подобные той, что произошла на этой конференции, были бы в дальнейшем невозможны.

Увы, в президиуме при выработке нового проекта устава я оказался одинок. Президиум практически единогласно (с одним моим голосом против) вышел на следующую конференцию с проектом устава, фактически запрещающим в нарушение российского Закона об общественных объединениях индивидуальное членство в федерации. Теперь любому московскому лыжнику, прежде чем прийти на конференцию ФЛГМ, надо было бы доказать, что он является членом федерации лыжных гонок того или иного округа города Москвы, и эта окружная федерация его делегировала на городскую конференцию. Имея в виду, что самой городской федерации, если придерживаться буквы закона, до сих пор не существует (нет ни членских билетов, ни членских взносов, ни прозрачного бюджета, устав ФЛГМ грубо противоречит Закону об общественных объединениях), можно представить, какой рычаг управления оказался в руках у чиновников — уж теперь они строго на основании закона (устава)  будут пропускать в зал только тех, кого захотят туда пустить.

С огромным трудом мне удалось добиться от президиума решения разрешить всем желающим московским лыжникам принять участие в конференции, которой предстояло принять новый устав ФЛГМ. Правда, члены президиума сумели обложить это кучей условий — надо было заранее послать заявку в ФЛГМ с указанием своих паспортных данных, но, тем не менее, любой желающий, если бы захотел, в последний раз смог бы принять участие в конференции ФЛГМ и задать руководителям федерации любые насущные вопросы (скажем, строительства лыжной базы в зоне отдыха «Битца»).

Увы, конференция была назначена на очень неудобный для меня день, я на ней присутствовать не смог (зарубежная командировка с купленными заранее билетами и визой), Кондрашов тоже куда-то улетал и был только на первом часе конференции. Особенного столпотворения в исполнении московских лыжников не случилось, несмотря на то, что мы с Кондрашовым приложили все усилия для того, чтобы объяснить людям огромную важность предстоящей конференции. Насколько я знаю, устав в версии Головатова и остальных членов президиума был принят практически единогласно. Теперь (внимание!) ни один московский лыжник никогда не сможет принять участие ни в одной конференции ФЛГМ, кроме людей, приглашённых на эту конференцию лично Головатовым и его окружением. Ни один московский лыжник теперь не вправе быть индивидуальным членом ФЛГМ (что грубейшим образом противоречит российскому законодательству), он должен будет добиваться этого членства, создавая и регистрируя в Минюсте окружную федерацию, которая, в свою очередь, должна будет делегировать его на городскую конференцию. Операция по возведению стены между президентом ФЛГМ и его окружением с одной стороны, и остальным московским лыжным сообществом с другой стороны, была проведена просто блестяще — по всем правилам военного искусства. Впрочем, давайте скажем честно — московским лыжникам это обстоятельство, по-моему, глубоко безразлично — недаром на эту поистине судьбоносную конференцию практически никто не пришёл, включая и лидеров клуба лыжников «Битца» Геннадия Бочарова и Сергея Матвеева…

 

 ИЛЬЯ ЕВСЕЕВ И МИХАИЛ КУЛЬКОВ

 

Итак, наступил момент, когда нам с Кондрашовым надо было честно сказать самим себе: все наши усилия по наведению порядка в ФЛГМ и спасению «Битцы» не увенчались успехом, московские лыжники нас не поддержали, вверив свою судьбу вслед за Курсовым теперь — Головатову. Как я уже написал выше, я не хотел писать этот материал, год назад я поставил для себя в этой истории точку, просто сказав себе: два года жизни, два года писания писем, звонков, встреч, конференций и президиумов в попытке спасти этот последний оазис лыжного спорта в нашем городе не увенчались успехом. Но, прочитав сейчас интервью с очень симпатичным молодым человеком — Ильёй Евсеевым, взявшимся спасать сегодня «Битцу», я понял, что не могу позволить себе промолчать. Хотя бы просто по той причине, что люди должны знать историю вопроса. Положение Ильи Евсеева и Михаила Кулькова (Михаил представляет в клубе «Альфа-Битца» подразделение «Альфа») сегодня существенно отличается от моего положения двухлетней давности. Если я добивался строительства лыжной базы для московских лыжников на МОСКОВСКОЙ земле, и меня готовы были поддержать в этом деле очень многие люди за исключением самих московских лыжников, то теперь эта земля, если верить словам Ильи, передана Москвой по взаимозачётам Московской области. Такая практика во взаимоотношениях между Москвой и Областью, действительно, существует: Москва, скажем, строит новый микрорайон за МКАД где-нибудь во Внуково, Шереметьево или Переделкино, а за это отдаёт Области какие-то другие «вкусные» куски земли. Территория зоны отдыха «Битца» — «вкусная», она примыкает непосредственно к МКАД. И уж если она передана по взаимозачётам Области, я не думаю, что Область станет вынашивать планы строительства на этом месте лыжной базы для московских лыжников. Я не знаю, сколько ещё пройдёт времени, прежде чем придёт бульдозер и снесёт наши вагончики, но в том, что это рано или поздно произойдёт, теперь уже не сомневаюсь.

Интересный, и в определённом смысле очень горький для меня разговор состоялся у нас недавно с Ильёй Евсеевым.

— Знаешь, а я ведь полтора года назад не понимал, почему вы с Кондрашовым так настойчиво бьётесь за этот устав ФЛГМ, — признался Илья. — А если я чего-то не понимаю, то меня очень трудно заставить это что-то поддержать.

Думаю, не только Илья не понимал, зачем Москве нужны нормальный устав, как и нормальные президиум, президент. В противном случае, уверен, все эти люди обязательно приняли бы в этой истории самое активное участие.

Может быть, есть во всём этом и наша с Андреем Кондрашовым вина? Не объяснили, не доказали, не «зажгли»? Хотя, с другой стороны, уж на что подробно объясняли мы всё это на сайте «Л.С.» — завсегдатаи сайта стали обвинять нас даже в том, что лента новостей www.ski-sport.ru превратилась в ленту со сводками с полей сражений, а не с лыжными новостями. И всё равно, получается — не донесли, не объяснили…

 

Типичная отписка — я получил их за время этой истории как минимум несколько десятков. Конкретно это письмо относится к периоду, когда Король отказывался принимать меня, а я писал ему, тем не менее, всё новые и новые письма. Возможность отвечать на эти письма он предоставлял подчинённым.
Типичная отписка — я получил их за время этой истории как минимум несколько десятков. Конкретно это письмо относится к периоду, когда Король отказывался принимать меня, а я писал ему, тем не менее, всё новые и новые письма. Возможность отвечать на эти письма он предоставлял подчинённым.

 

 ЗДРАВСТВУЙ, ДРУЖОК, ЛЮБИШЬ СКАЗКИ СОПЛИВЫЕ?.

 

А давайте пофантазируем — представим себе, что на последнюю конференцию ФЛГМ пришло… Ну ладно, ладно, не буду пороть чепуху. Не тысячи людей, катающихся в Битце, а, скажем, хотя бы пара сотен человек, которым небезразлична судьба этого уголка Москвы. И вот эти двести человек весьма недвусмысленно заявляют президенту (пусть даже тому же Головатову), что им важно, чтобы это уникальное для лыжников место было сохранено, и дают президенту и президиуму вполне конкретное поручение (они же высший орган, конференция!) — добиться за полгода конкретных результатов в решении этой проблемы. Причём отчёты о своей деятельности президент и президиум должны будут публиковать ежемесячно на официальном сайте ФЛГМ. Если отчётов нет, если через полгода президенту ответить общественности нечем, президента поменять и выбрать человека, способного сдвинуть проблему с мёртвой точки.

Скажете, сказка? И я скажу — сказка. Причём сопли-и-ивая! Где ж вы найдёте 200 небезразличных судьбе «Битцы» людей, способных прийти на какую-то там конференцию ФЛГМ для того, чтобы решать её судьбу? На лыжах погонять, сдвинуть стаканы в раздевалке в 1756 раз за здоровье Генки с Серёжкой, побазарить под закусочку о необходимости СРОЧНОГО спасения «Битцы» — это пожалуйста. А конференция… Эко прохватил!

 

 ВИЦЕ-МЭР М.А.МЕНЬ

 

…Осенью 2004 года меня награждали как лучшего спортивного журналиста года. Среди награждавших был и вице-мэр Москвы М.А.Мень. Помню, он пожелал «Лыжному спорту» благополучия, как и всему российскому лыжному спорту, выразил уверенность в том, что и в столице лыжный спорт будет развиваться. Естественно, как только Мень спустился со сцены, я — быстренько к нему. В двух словах рассказал о проблеме «Битцы», сказал, что вопрос требует срочного решения. Михаил Александрович пригласил к себе для подробного обсуждения проблемы, на что я ему заметил:

— Да знаю я, Михаил Александрович, ваши порядки — потом по году помощники соединять с вами не будут.

Мень чуть заметно улыбнулся:

— Сошлётесь на этот наш с вами разговор, скажете, что по поводу «Битцы», обещаю — соединят.

Домой летел как на крыльях. А потом сел, и трезво оценил ситуацию. Ведь это же теперь опять, никуда не денешься, понадобятся «…Письмо за подписью…»,  «…С президентом…». Нужно идти будет на поклон теперь уже к Головатову, только что проведшему блестящую операцию по сооружению огромного забора между собой и остальным московским лыжным сообществом, которому (сообществу), чего греха таить, что эта «Битца», что эта федерация, что этот президент — глубоко до лампады…

Хотите, плюньте в мою сторону, хотите, бросьте в меня камень — к Меню я не поехал.

 

 140 ОСВЕЩЁННЫХ ЛЫЖНЫХ ТРАСС В МОСКВЕ

 

25 лет назад я начинал свой путь в журналистике с заметки в «Комсомолке» о 140 освещённых лыжных трассах города Москвы.  Вы там не вздрогнули? Было такое, не шучу. Спорткомитет г. Москвы рапортовал 10 миллионам горожан о 140 ОСВЕЩЁННЫХ ЛЫЖНЫХ ТРАССАХ — катайся, не хочу!!! Когда я приехал за комментариями к тогдашнему председателю спорткомитета г. Москвы Ковалёву, он по-товарищески призвал меня быть поосторожнее с возможной критикой, ибо, по его мнению, практически любой московский бульвар с полосой газона и стоящими вдоль тротуара фонарями можно считать освещённой лыжной трассой. Господи, 25 лет прошло, а что в нашем с вами городе изменилось с тех пор? Разве что освещённых трасс теперь у нас с вами стало не 140, а, наверное, 240 (за 25 лет построено много новых микрорайонов с бульварами)*. Но ведь мы же с вами понимаем, что в масштабах такого города, как Москва, сооружение какой-нибудь 5-километровой освещённой лыжной трассы не стоит вообще ничего! КОПЕЙКИ!!! Тот же В.П.Шанцев в 2002 году на мои сетования по поводу того, что освещённые трассы невозможно удержать в России из-за того, что все фонари разбивают, а кабель — срезают, заметил мне:

— Да будет тебе, Иван, страсти накалять! У нас в Москве уже давно разработаны технологии антивандального освещения парков и скверов — неужели нельзя таким же образом осветить и лыжные трассы?

Вы думаете, это чиновники не хотят для нас с вами строить освещённые лыжные трассы? Нет, друзья, это нам с вами они не нужны. Были бы нужны, неужели бы мы выбирали президентами Курсовых и Головатовых, которым до этих трасс… Вспомните слова вице-мэра Л.Швецовой: «…А где вы есть, господа лыжники? Что вам нужно вообще в городе, мы что — должны сами догадываться об этом?..».

 

 И ВСЁ ЖЕ — ЧТО ДАЛЬШЕ?

 

Увы, московское лыжное сообщество очень слабо. Мы не способны объединиться даже для решения самых острых, самых насущных проблем своего существования. Трассу в Подрезково (знаменитейшую трассу Москвы!) потеряли. Трасса в Сходне ещё жива, но тоже теснима со всех сторон строящимися дачами и тоже, наверное, когда-нибудь исчезнет с лыжной карты Москвы. Трасса в Ромашково, потенциально способная стать одной из лучших трасс страны (я не описался, не Москвы — страны!), пребывает в жалком, запущенном состоянии и совершенно точно будет когда-нибудь отобрана у лыжников за ненадобностью им самим.** Трасса в парке Измайлово (возле стадиона «Авангард») так и будет оставаться неосвещённой и плохо подготовленной, пока нас и оттуда не погонят. Трассу в Битце (очень хотел бы в этом ошибаться!) — похоже, теперь уже мы тоже потеряли безвозвратно.

Что же, что же делать в этой ситуации? К кому пробиваться со всеми нашими проблемами — к Шанцеву, к Лужкову, к Фрадкову, к Путину?.. А может быть, прежде чем писать Путину о мусоре у нас в подъезде, лучше взять веник с совком, и самим навести порядок в том месте, где мы живём?

Нужно понимать, что каждый лыжник не сможет, даже если захочет, дойти до руководителей города для того, чтобы высказать свои мысли относительно благоустройства тех же лыжных трасс в столице. Да мэр и не обязан всех выслушивать, ибо хорошо известно: сколько людей, столько и мнений — каждого не наслушаешься. Для связи жителей города с руководителями города давно существуют специально созданные для этого механизмы, институты. Одним из таких институтов как раз и является Федерация лыжных гонок Москвы, призванная осуществлять связь между простыми горожанами-лыжниками (общественностью) и чиновниками (руководителями города, которых мы выбираем). К сожалению, на протяжении очень многих лет те самые простые горожане (мы с вами, дорогие мои друзья-лыжники) проявляли удивительное равнодушие к таким неинтересным для них вопросам, как выборы руководителей ФЛГМ, президиума ФЛГМ и т.д.. Вот они от нашего с вами имени и рапортуют руководителям города о сотнях «освещёнок». А почему им не рапортовать? Мы с вами, что ли, поймаем их на вранье?

 

* * *

 

И всё же, всё же… Что дальше? Проще всего встать в позу и заявить: «Я удаляюсь из этой истории навсегда»… А дальше-то что?!! Ты сам или твои дети после этого перестанут кататься в этом городе, в этом месте на лыжах?

К сожалению, у меня нет готовых рецептов относительно того, как взять, и точно по мановению волшебной палочки мгновенно изменить ситуацию. Увы, должен с грустью заметить: если Илья Евсеев прав, и этот кусок земли передали Области по взаимозачётам, боюсь, уже ничего не изменить. Мы (московское лыжное сообщество) настолько слабы, что не смогли взять этот кусок земли даже тогда, когда он принадлежал Москве, и когда практически все руководители города были повёрнуты к нам лицом. Мы просто не смогли отнести свои задницы на конференцию ФЛГМ (тогда это ещё можно было сделать — сейчас, увы, уже нельзя, спасибо Головатову) и заставить тогдашнего президента ФЛГМ заняться этим вопросом, либо, если бы он отказался это делать, поменять его на более вменяемого руководителя, который сумел бы выполнить нашу, московских лыжников, волю. Думаю, теперь эту землю уже не вернуть. Но можно ещё попытаться получить кусок земли вдоль Куликовской улицы в Северном Бутове и начать строить там Московский международный лыжный стадион (помните, об этой земле в своё время говорил глава управы Северное Бутово?), сохранив, хотя бы фрагментарно, битцевские трассы. Можно взяться за строительство Московского Международного лыжного стадиона, а можно и отказаться от строительства крупного сооружения и попытаться построить там лёгкую, компактную лыжную базу. Можно построить эту базу за счёт города, а можно попытаться реализовать это строительство и как хозрасчётный проект. Можно пойти любым из этих путей, но нужно понимать, что без нормальных, адекватных людей в руководстве ФЛГМ ничего сделать не получится, ибо ФЛГМ — это общественность, это мы, и если нами с вами руководят Денисовы, Курсовы и Головатовы, то вот такая нам с вами и цена — три копейки. Точно в соответствии с нашей с вами ценой они с нами и обращаются.

Нужно объединяться вокруг клуба «Альфа-Битца», ибо этот клуб на сегодняшний день — единственное живое общественное объединение в Москве, поставившее своей задачей спасти, сохранить  этот уголок Москвы для лыжников, и объединившее в своих рядах не чиновников, которым надо чуть-чуть «полопатить» городской бюджет, а именно лыжников. По сути этот клуб сегодня и есть — московская федерация.

Нужно научиться не предавать своих лидеров. Не знаю, как Кондрашов, а я, повторюсь, ухожу из этой истории навсегда. Но следом за нами, как видите, пришли Евсеев и Кульков. Вы думаете, внутри этих ребят — вечные двигатели? Если они не будут иметь вашей поддержки, они неизбежно рано или поздно тоже уйдут. Сколько сегодня в клубе «Альфа-Битца» реальных членов этого клуба? Не надо произносить вслух? То-то!

Нужно добиваться от нынешнего президента ФЛГМ М.В.Головатова пересмотра устава ФЛГМ, приведения его в соответствие с нормами российского Закона об общественных объединениях. В конце концов, не к лицу ему, боевому офицеру, ветерану легендарного подразделения «Альфа», прятаться от общественности.

Нужно научиться играть более активную роль в жизни ФЛГМ, как это ни скучно звучит. ФЛГМ — это наш мостик, это наш ключик к дверце, за которой скрываются руководители города, которые всё для нас сделают, нам надо только объяснить им, что мы есть, и объяснить, чего мы от них хотим.

Нужно научиться выбирать в руководители ФЛГМ людей, которые будут реализовывать НАШИ С ВАМИ идеи, будут выполнять НАШИ С ВАМИ поручения. И дело, в конце концов, не в фамилиях. Какая разница, кто будет президентом — Курсов или Головатов, Лёвочкин или Кулаков, Евсеев или Бочаров? Важно, чтобы этого человека выбирали мы с вами, а не кучка чиновников, бесконечно тасующих в своём кругу одни и те же фамилии. Очень важно, чтобы мы с вами имели возможность спросить с президента: а что сделано? Как выполняются наши (общественности) поручения? А с Головатова, увы, в нынешней ситуации нам с вами спросить что-то будет очень трудно — охрану на входе при проведении конференций по примеру Денисова он научился выставлять очень профессионально.

Нужно научиться жить командой и эту команду нужно сколачивать, собирать. В Москве столько сильных людей, небезразличных лыжным гонкам! Алексей Панфилов из КБ «Гарант-Инвест» и Александр Кулаков из «Росавтобанка», Стас Лёвочкин из «Бауфлекса» и Никита Тамм с Юриком Кирьяновым из «Биохиммака», Андрей Кондрашов с телеканала «Спорт» и Дмитрий Ревинский из «Советского спорта», Андрей Арих из «Лыжного спорта» и Надежда Рязанская из www.skisport.ru, Геннадий Бочаров и Сергей Матвеев, Алексей Ильвовский и Илья Сафонов, Сергей Петров и Сергей Медведев, Василий Смольянов и Андрей Гудалов, Олег Снигирёв и Олег Стеклов, Катя Клопова и Наташа Сила-Новицкая, да и мало ли нас с вами? Нас так много, нас — многие тысячи, но мы с вами не принимаем никакого участия в жизни ФЛГМ, и это очень плохо. Нам с вами надо непременно подтягиваться к управлению нашей федерацией, нашей лыжной жизнью в нашем городе.

Нужно научиться понимать, что ФЛГМ — это мы. Это не прохвосты типа Курсова и Денисова, это мы, это наша организация, это наш мостик к руководителям города, это наша возможность обустроить наш город, подумать и о себе, и о наших детях. Когда мы с вами научимся жить и действовать таким образом, у нас в Москве, быть может, появится с десяток освещённых лыжных трасс. Конечно, это будет не 140 в исполнении Ковалёва, и не 240 в исполнении Курсова и Короля, но это будет десять реально существующих освещённых лыжных трасс в разных концах Москвы, на которые мы с вами сможем приехать вечером покататься после работы, а наши дети — выйти на тренировку после занятий в школе. Мы с вами сможем обзавестись ретраками, мы построим лыжный стадион, мы перекинем лыжные мосты через МКАД, мы построим лыжные базы и «освещёнки», мы придём с этой освещённой и подготовленной ретраком лыжнёй к подъездам сотен тысяч москвичей в десятках московских парков, мы проведём в Москве этап Кубка мира по лыжным гонкам, а потом и чемпионат мира…

Что, не верится? Но так оно и будет. Правда, не надо рассчитывать, что всё это для нас сделают Лужков или Путин, Курсов или Головатов, Кондрашов или Исаев, Евсеев или Кульков. Начните с себя. Вам, именно вам нужно научиться быть хозяином в своём городе, своём доме. Как? Двери клуба «Альфа-Битца» открыты для всех. Начните с себя, и всё у нас с вами в итоге получится.

 

 

Иван ИСАЕВ,

 

главный редактор журнала «Лыжный спорт»,

член президиума Федерации лыжных гонок Москвы.

 

Москва, декабрь 2005 года

 

 

 

 

НОВОСТЬ ПОСЛЕДНЕГО ЧАСА

 

У одной из старейших московских лыжных ДЮСШ 102, располагающейся в Серебряном бору, отобрали помещение. Детей и тренеров просто выкинули на улицу. Как водится, теперь раздаются призывы родителей: срочно позвать телевидение, написать в газеты, на www.skisport.ru, в префектуру, в мэрию, устроить какую-нибудь большую показательную гонку, но всеми силами постараться привлечь внимание общественности к проблеме... 

 

Вы догадываетесь, сколько может стоить земля в Серебряном бору, в Битце, в Ромашково? Вы догадываетесь, что если мы не научимся отстаивать свои права, нас так и будут методично и целенаправленно уничтожать, чтобы не путались под ногами, не мешали людям делать деньги, бизнес? Вы догадываетесь, что если мы не научимся быть хозяевами в своём доме и не научимся его защищать, от нас с вами скоро вообще ничего не останется?

Иван Исаев 6674 19.03.2010
Рейтинг: 0 0 0