На этой неделе
  • Нет ни одной трансляции.
МАСТЕРА СМЛР 150
Кондратюк Анатолий
165
Кондратюк Анатолий
Софрино-1 1980
Емельянов Сергей
158
Емельянов Сергей
Москва 1956
МАСТЕРА СМЛР 100
Конопелько Фёдор
109
Конопелько Фёдор
Москва 1943
Якимов Виктор
101
Якимов Виктор
Пермь 1955
МАСТЕРА СМЛР 75
Ингеройнен Владимир
91
Ингеройнен Владимир
Санкт-Петербург 1968
Румянцев Иван
83
Румянцев Иван
Пермский край 1964
Чечёткин Сергей
82
Чечёткин Сергей
Сергиев Посад 1985
Лавриненко Владимир
81
Лавриненко Владимир
Москва 1964
Пастухов Николай
81
Пастухов Николай
Санкт-Петербург 1960
Щитов Андрей
78
Щитов Андрей
Юбилейный 1985
Кривенков Сергей
76
Кривенков Сергей
Москва 1967
Ляпустин Михаил
76
Ляпустин Михаил
Москва 1958
Митрошин Сергей
76
Митрошин Сергей
Инсар, Мордовия 1975
Полный список мастеров

Спецоперация

На фоне размышлений о лыжных трассах, как аспекте оборонной доктрины, с подачи Геннадия Фищенко, и ностальгии по старым добрым временам, решил написать рассказ. Все совпадения случайны.

Спецоперация

Было это в те стародавние времена, когда спасатель был еще спасателем, знать не знал, и не ведал, и во сне не видал, что станет министром обороны. Забросило меня отсутствие должного чинопочитания в командировку на несколько месяцев в степные края. Стояла под городом N-ском в тех краях, в месте постоянной дислокации, то ли бригада, то ли полк, а то ли целая дивизия. Готовились в тех частях к внезапному приезду министра обороны. Денно и ношно готовились, в течение долгих месяцев, чтобы не ударить в грязь лицом. Встретить министра должны были в полном блеске и сиянии, поэтому приезжал туда даже начальнику войск, чтобы своевременно наставить в нужном направлении подчиненных, путем дружеской беседы с оными в коленно-локтевом положении. Служил я капитаном медицинской службы где-то за тыщу-другую километров. И чересчур шибко хотел, чтобы в отношении военнослужащих соблюдались их права, обозначенные в уставе. Поэтому и был я отправлен, как самый грамотный и благонадежный, в те степные места. Помочь наладить медицину, так как без меня там не справлялись.
Не первый год я служил в армии, и срочной службы нюхнул, и в детстве в цирке нередко бывал, но такого еще не встречал, хоть исполнилось мне уже тридцать лет и три года. К примеру, чтобы произвести впечатление на министра, дали команду в казармах для солдат кулеры установить. Дабы могли солдаты утолять жажду не кипяченой водой из страшных оцинкованных баков, времен Петра Первого, а по-современному, культурно. А жара тогда стояла за тридцать пять градусов. Поэтому в первый же день 19-литровые бачки начали быстро пустеть. Про то, что нужно их своевременно менять на полные, никто не подумал. Да и средств в казенном бюджете на этакие забавы не предусмотрено. Поэтом дали команду дневальным: стоять насмерть, и никому из кулера воду пить не давать, даже дембелям, чтобы не иссякла вода в них раньше, чем приедет министр. А пить-то солдатикам хочется. Стали из-под крана воду пить, что раньше категорически запрещалось, так как водопроводная система была не в лучшем состоянии, и качество воды было не фонтан. Не прошло и суток, как заполнилась санчасть страдальцами от поноса. Но, мудрое военное начальство и тут не растерялось, чай военная медицина со времен Петра шагнула далеко вперед. Дали распоряжение для профилактики медвежьей болезни поить солдатиков три раза в день отваром из коры дуба. Помогло это не шибко, так как кипяток на дубовой коре разливали с утра, а остывал он на фоне жары лишь к ночи. Так что, продолжали солдатики пить воду из-под крана и поноситься. Долго можно рассказывать об изнурительном сражении с кишечными бактериями, в котором были задействованы светлейшие умы военной медицины, которым я и в подметки не гожусь. Один полковник, служивший когда-то в Каракумах, предлагал выписать верблюжью колючку, может верблюжья колючка спасла непобедимую и легендарную, не помню уже.
Перейду лучше к теме рассказа, как я стал участником сложнейшей спецоперации. Дело было так, приехал в то время в часть начальник войск. И нужно было ему закапать какие-то капли в глаза, которые московский доктор прописал, генерала все-таки лечили не корой дуба и верблюжьими колючками.

Устал немного, продолжение потом напишу.
Продолжение
10.10.2022 16:03
Адъютант генерала позвонил и предупредил, что генерал будет в медпункте где-то через три часа. Полковник Трясучкин, начальник медицинской службы войск, настолько верил в свою медицинскую службу, что решил все взять под полный личный контроль
Тактическое совещание проходило в кабинете замполита. Перед полковником Трясучкиным лежала схема. Две войсковые части (А и Б), между которыми забор, два штаба, два КПП и конечная цель - медпункт. Схема движения генерала. Он должен был выйти из штаба Вч А. На КПП Вч А отслеживал передвижение начальника войск подполковник Бывалый. Он должен был дать команду к запуску спецоперации. После его звонка из кабинета замполита в медпункт выдвигалась врач, замаскированная под фельдшера. Вызвали из госпиталя молодую и симпатичную докторшу, но, в то же время, строгую и дисциплинированную, без всяких там этих легкомысленных укороченных халатиков. В кабинете замполита шла подготовка: как правильно закапать капли в глаза начальнику войск: «Здравия желаю, товарищ генерал-полковник», «Товарищ генерал-полковник, разрешите обратиться», «Товарищ генерал полковник, садитесь на стул», «Товарищ генерал-полковник, поднимите голову вверх» и так далее. Все в строгом соответствии с уставом внутренней службы. По стойке смирно, поворот через левое плечо. Отход, подход, фиксация.
Подполковник Ушлый дежурил на подходе к КПП Вч Б. Он должен был привести команду в состояние полной готовности. Мне же, как наименее политически грамотному, досталась и наименее ответственная часть спецоперации. Я должен был стоять между КПП Вч Б и медпунктом и убедиться, что генерал не потерялся, не заблудился, а попал в медпункт для осуществления финальной стадии спецоперации.
- Товарищ полковник, - обратился Ушлый к Трясучкину, - а ваша задача в чем будет заключаться?
- Я буду координировать спецоперацию из кабинета замполита, - пояснил Трясучкин зарвавшемуся Ушлому, - выход на связь каждые пять минут.
- Бывалый, я Трясучкин, ворон пролетел?
- Никак нет.
- Ушлый, я Трясучкин, ворон пролетел?
- Никак нет?
- Где же он? Из штаба доложили, что вылетел.
- Вольнов, может где-то проскочил, у тебя не появлялся?
- Никак нет, товарищ полковник!
Так продолжалось минут сорок. Полковник Трясучкин становился все более нервным и взвинченным, потому что спецоперация шла явно не по плану. А мне уже поднадоело стоять на улице, и я решил пойти в медпункт. Захожу в медпункт, откуда всех выгнали, кроме фельдшера, которую даже не поставили в известность, что идет спецоперация. Как-то забыли про нее.
- Как дела, Нина, - спросил я ее.
- Да нормально все, - ответила она.
- А мы все генерала отлавливаем.
- Дак он заходил в медпункт.
- Как заходил?
- Ну, так, зашел, мне, говорит, капли глазные нужно закапать, они у него с собой были. Я ему закапала, он спасибо сказал и ушел.
- А как же мы его пропустили?
- Так он через дырку в заборе прошел по тропинке, так быстрее. И назад также вернулся.
Пошел в кабинет замполита. Докладываю Трясучкину, так мол и так, все в порядке, капли закапали, генерал ушел. Тот чуть со стула не упал.
- Как закапали? Кто закапал?
- Так, говорю, фельдшер в медпункте сидела, генерал зашел, она ему капли закапала, он ушел.
Полковник Трясучкин был на грани нервного срыва. Он вспомнил про фельдшера, которого не предупредили и не проинструктировали. У него в голове не укладывалось, что без его чуткого руководства могли закапать глазные капли начальнику войск. Какой-то там фельдшер, который и не знает, как к генералу по уставу нужно обращаться. Все пропало, подумал он. Десять выговоров есть, неполное служебное соответствие есть, теперь получай полное, и пинком под зад на гражданку. А что я умею? Есть, так точно, никак нет. Но, кто же меня возьмет в депутаты?
- Вольнов, ты почему генерала пропустил? – Трясучкин судорожно пытался найти козла отпущения.
- Так я не видел его.
- Тебя же поставили в зоне видимости медпункта!
- Так он из-за угла зашел, две секунды – и в медпункте. Наверное, в это время я на КПП смотрел.
- Ничего тебе доверить нельзя, капитан! Должен был смотреть на триста шестьдесят градусов!
Тут полковник Трясучкин понял, что вина моя какая-то надуманная и козел отпущения из меня не вырисовывается. Он тут же сник и начал покрываться потом. Померили давление – 210 на 120. Гипертонический криз. Таблетку, укол и отвезли полковника в гостиницу. Дожидаться своей незавидной участи.
Немного оклемавшись и поняв, что вроде бы ему ничто не угрожает, он начал названивать туда-сюда, своим коллегам по штабу войск, чтобы узнать реакцию генерала на его бесславный провал. Но, никто не мог взять в толк, о чем он таком твердит. Какие-такие капли? Перегрелся что-ли полковник? Лишь адъютант к вечеру с трудом припомнил, что да, ходил генерал днем закапывать глазные капли. Что от него еще хотел полковник, так он и не смог понять.
А полковник Трясучкин с того дня и до отъезда в Москву ходил пришибленный, все ждал, когда его вызовут к генералу и отдерут, как сидорову козу. Такова она нелегкая военная служба в высоких штабах, какие-только тяготы и лишения, как писали в советском уставе, не приходится стойко переносить ради мирного неба над головой.
Ссылка Рейтинг: +5 +12 -7
Прям Гоголь какой то.
11.10.2022 11:00
Трагедия маленького человечка. Всё верно, чинопочитание - одна из скреп.
Ссылка Рейтинг: -1 +1 -2