Владимир Вилисов: «Силы у меня есть, ещё поборемся!»

Опубликовано: skisport.ru

Бирюков Сергей

 

 

Бирюков Сергей

Москва

30 мая – 29 декабря 2006г.

 

Владимир Вилисов: «Силы у меня есть, ещё поборемся!»

 

– Расскажите, пожалуйста, как вы пришли в спорт? Где вы родились? Были ли ваши родители спортсменами?

 

– Родился я в Кемеровской области, в городе Новокузнецке, точнее в посёлке Елань. С детства занимался лыжами, играл в футбол, зимой в хоккей, бегал кроссы. Даже ходил на гитару, ломал её, несколько раз записывался вновь. Но спустя некоторое время остановился на лыжах. Первые занятия на лыжах у меня были, примерно, с третьего класса. Занятия были по типу уроков физкультуры. Я жил в центре посёлка, и у нас рядом были хоккейная коробка, большой спортзал. Возможно благодаря соседу по дому, который сам спортом не занимался, но гонял своего сына и собирал нас – пацанов для игр, я увлёкся спортом. Он всё организовывал: и в лапту играли, и в футбол.

Мой первый тренер – Параев Владимир Михайлович. Он работал в школе учителем физкультуры, потом стал работать тренером в ДЮСШ и готовил нам трассу, она много лет подряд была в отличном состоянии. А сейчас она в некотором запущении, так как не хватает финансирования. Зимняя Олимпиада прошла, теперь говорят, чтобы мы подождали, когда летняя пройдёт.

Мои родители – не лыжники, они обычные рабочие люди. Отец – водитель, мама раньше работала кассиром. Сейчас родители – пенсионеры. У меня есть сестра. Она также там живёт. Я женат. Жену зовут Ниной. Раньше она тоже бегала на лыжах, мастер спорта. Мы вместе ходили в одну школу.

 

– А как вы пришли в большой спорт? Когда у вас появились первые успехи на российском уровне?

– Постепенно. Занимался в секции, бегал на уровне области. Выигрывал районные, городские соревнования и постепенно шаг за шагом стал участвовать в областных, зональных (Сибири, Дальнего Востока) и т.д.

            Первые успехи у меня появились в 1993-1994 году. Юниорский Чемпионат России проходил в Лысьве. Там было три гонки: классика, конёк и эстафета. В классике выиграл Владимир Шуткин (сильный парень с Алтая), а Михаил Иванов был вторым. Эстафету мы выиграли сибирской командой, а конёк я выиграл (вторым был Шуткин). Вот после этого взяли меня в юниорскую сборную команду. С этого времени прошло уже 12 лет!

 

– Тренеры у вас менялись или был только Параев Владимир Михайлович?

– Сейчас по-прежнему я тренируюсь у Параева Владимира Михайловича и Матвейкина Виталия Викторовича. Начиная с сезона 2006-2007 я выступаю за лыжный центр «Истина» под тренерским руководством Андрея Александровича Бояринова с параллельным зачётом за московскую и кемеровскую области.

            В сборной команде у меня менялись тренеры. Когда я был в молодёжной сборной, то нас тренировали Завьялов, Сорокин, Вахрушев. С Сан Санычем Завьяловым мы ездили на юниорский чемпионат мира (ЧМ) в 1996 году в Италию (Асиаго). Мы там эстафету выиграли. После этого я попал в сборную, но не в основной состав, а в группу «Б». Стал ездить по сборам за счёт области, начал выигрывать по взрослым. В 1997 году проходила гонка в Раменском (Кубок «Фишер»), там шёл отбор на ЧМ в Тронхейм. Михаил Иванов выиграл классику, а я был седьмым. В коньке я был первым. Сейчас есть  такая практика: того, кто выигрывает отборочную гонку, везут на соревнования. А в те времена меня никто не стал брать, никто не говорил, что нужно молодого брать. Нынче пошла тенденция: «Молодым везде у нас дорога…». Меня сейчас тоже не берут, так как уже не молодой. За рубежом много возрастных спортсменов выступают, а у нас, например, Ботвинов вынужден был уйти в 29лет, когда он был в великолепной форме. К тридцати годам нужно было освобождать место молодым. Но мы ещё покажем!

 

– Получается, что лыжный центр «Истина» в Головино сейчас серьёзно развивается? Вы часто там бываете?

– Сейчас мы были на сборах. В Центре только получили экипировку и уехали. А так там отличная база, хороший роллерный круг, зимой трассу готовит ратрак. Всё организовано на высшем уровне как для начинающих, так и спортсменов высшего класса. Сейчас там подготовлен круг и планируется провести «Новогоднюю гонку».

            Помимо меня в «Истине» тренируются много известных лыжников: Завьялова, Бурухина, Нагейкина, Леменчук, Девятьяров, Гришин и др.

 

– А с Михаилом Ивановым вы всё время пересекаетесь по жизни?

  Мишка на год младше меня. Так получилось, что в сборную команду он раньше меня на год пришёл. Мы познакомились, подружились, часто созваниваемся. Виталий Денисов также.

            У нас была хорошая сильная команда: Денисов, Иванов, Большаков и я. А теперь нет этой команды.

 

– Владимир, а где и когда вы впервые приняли участие в Кубке мира (КМ)?

– Впервые я участвовал в России. В Крылатском проходил этап. Я уже начал участвовать в 1997 году, до Олимпиады, в Нагано. В Тронхейм я не попал, а на этапах занимал 30-е, 40-е места, это считалось для молодого спортсмена нормальным. Первые успешные выступления на КМ были у меня в Лахти в 1999 году, после ЧМ в Рамзау. Мы бежали 15км классикой. Я был вторым, проиграв Дели около 7 секунд. На меня там никто не ставил, все были просто в шоке. Потом часто мы становились призёрами в эстафетах, занимали вторые и третьи места, а иногда и выигрывали.

 

– Судя по статистике вашего участия в соревнованиях под эгидой FIS, наиболее удачными выступлениями были в Лахти, причём в разные года, а в остальных местах результаты были не самыми высокими. С чем это связано? Успехов больше в классике или в коньке?

– На ЧМ в Рамзау можно было мне нормально выступить. Мы сами виноваты, перед эстафетой сделали неправильную работу. Самочувствие у меня было нормальным, на тридцатке я был восьмым, а на полтиннике в классике был седьмым. После этого переехали в Лахти, и я стал вторым на пятнашке. Через год там стали проходить масс-старты и можно было тоже побороться. Мне часто чего-то не хватало, чтобы быть в призах. А успехи в Лахти, возможно, связаны с тем, что был конец сезона. Многие спортсмены подустали, а трасса там весьма тяжёлая. Правда, в Осло ещё труднее. Со смазкой у нас не было проблем. Тренеры хорошо мазали два года подряд, у них был хороший вариант, который из года в год попадал.

            У меня идет, когда классика, а когда конёк. Год на год не приходится.

 

– А что за соревнования проходили раньше в Яхроме или это был аналог «Лыжни России»?

– В 2000 году в Яхроме проводили чемпионат России. У нас там были три основные гонки: эстафета, полтинник и классикой тридцатка. Гонки проходили по тяжёлому десятикилометровому кругу. Старт был наверху (почти как на «Лыжне России»), после нескольких десятков метров равнины шли налево, а затем на спуск. Задействована была горнолыжка, в которую поднимались и спускались с неё прямо вниз. Народ в эти подъёмы просто умирал. Два года их использовали, а потом перестали.

 Тридцатку классикой я там выиграл. До этого, в 1996 году, в Яхроме проводили отбор на ЧМ. Там была очень сложная трасса. Когда приезжала Вяльбе, то говорила: «Я по такой трассе не побегу».

Почему Яхрому забросили, не понимаю. Раньше с жилищными условиями там были проблемы, и сейчас есть там убитая гостиница. Однако, в спортивном комплексе «Волен» сейчас шикарные условия. Может, дорого стало.

 

– Получается так, что у многих на отборочных соревнованиях часто бывает хороший результат, а за рубежом уже сил нет выступать?

– Да, действительно. На каких-то отборочных стартах отдаешь себя, а потом уже всё. Кроме того, на спортсменов сильно действует неразбериха в федерации, в законах. Если взять, например, отбор в Валь ди Фиемме в 2003 году. Полтинник свободным стилем выиграл Леготин, а его на ЧМ поставили на пятнашку классикой. Кто это так делает? Я проходил на пятнашку, а меня не поставили. Дуатлон я не хотел, а меня в него воткнули. В эстафету не поставили, хотя в первой гонке я был лучшим – 13-м в классике на 30км, а на полтиннике тоже был лучшим из наших (доказал ещё раз). Но на эстафету меня не поставили. Или ещё примеры: Коростелёв отобрался по марафону, а его поставили на спринт; Артеев выиграл дуатлон, а его ставят на 15км классикой. Люди готовятся к Олимпиаде 3-4 года. Это у нас отобрали 8-9 человек и всех привезли. 1-2 бегут, а остальные ждут. А у зарубежных спортсменов обычно спринтерская группа приезжает. Как только они отбежали, то сразу уезжают и приезжают, к примеру, марафонцы. Не надо возить всю команду и чтобы все ждали.

 

– Какие впечатления от Солт-Лейк-Сити, где и как прошёл отбор на ОИ-2002?

– Отбор был в Красногорске. Мы бежали коньком тридцатку, и я выиграл. На пятнашке классикой был восьмым. Перед отъездом мы провели небольшой сбор на Планерной. Отбежали гонку Смирнова. Я там великолепно себя чувствовал. Потом через день бы сделали длительную четырехчасовую тренировку. По всей видимости, я там завысил темп, а на следующий день мы выехали в Америку. До места добирались практически двое суток. Когда приехали туда, то вся нагрузка наложилась плюс высота, и я не смог ничего хорошего там показать. До стартов мы приехали дней за 15, провели там сбор.

            У Мишки там получилось хорошо выступить. А вот у меня на полтиннике лыжи плохо ехали. Когда меня догнал Веерпалу (он стартовал за мной в 30 секундах), то подъём иду за ним, а на спуске сажусь за ним, а он уезжает. Погода была очень тёплой, многое зависело от работы лыж. Мишке в чём-то ещё повезло. До старта Atomic привёз несколько пар лыж. Дали пару Иванову, пару Денисову. Получилось так, что у Виталия лыжи поехали. Так как Виталий полтинник не бежал, то он их дал Мише. Миша выиграл на Виталиных лыжах.

            У меня на полтиннике вроде самочувствие было нормальным, но похоже со смазкой ошиблись. В эстафету меня опять не поставили. Почему Бабикова не поставили в эстафету на прошедшей Олимпиаде, хотя у него был лучший результат? Никто этот вопрос не поднимает. Сейчас уже идут мне предложения от белорусов, чтобы я побегал за них. В России сейчас не самое лучшее время, чтобы тренироваться и выступать. Может, поступить, как Ботвинов, Драчёв или ещё кто-то.

 

– Как получилось, что вы стали жить в Москве. Вы совсем переехали?

– Я не переехал. Я продолжаю выступать за Кузбасс. Моя жена учится в Москве, а я раньше часто в Москву приезжал на 1-2 дня. Поэтому это наиболее удобный был вариант. Первый год мы снимали квартиру, а потом продали свою и купили тут.

 

– Раньше ваша фамилия часто звучала по телевидению и в других средствах информации. Потом внезапно она пропала, а в этом сезоне опять зазвучала после побед в серии марафонских гонок и участия в эстафете на «Празднике Севера». С чем это связано?

– Просто когда нет результата, то народ забывает. Подъём оценивать ещё рано, его покажет следующий сезон. Что касается ЧР, то в последний раз я выигрывал в 2001 году в Кандалакше, а в этом сезоне я повторил. Вроде недавно это было, а уже пять лет прошло. Тогда я тренировался вместе с Грушиным, а до 2006 года практически самостоятельно и с некоторой помощью Бородавко, Матвейкина, Параева. То, что в этот раз участие в соревнованиях принимала не вся сборная команда, что плохо. Во времена, когда я тренировался с Грушиным, на соревнования в Мурманск и Кандалакшу приезжала практически вся команда, единицы не приезжали.

            Пусть многие говорят, что спортсмены устали. На самом деле это не совсем так. Сейчас у многих основными стартами являются отборные соревнования на ЧМ и ОИ. Если ты отобрался на ЧМ, то у тебя «зелёный свет» в сборную. Тебе рейтинг никакой не нужен. Получается так, что по рейтингу я иду тринадцатым, а в восемнадцать сильнейших по России я не попадаю! По рейтингу я выше многих, плюс выиграл ЧР-70км, но в команде меня нет. Такие моменты характерны не только для меня, но и многих других. Проблемы идут из года в год. Какой смысл тренироваться, если ребята, набирая очки, не попадают в сборную?

            У меня этот сезон начался не совсем удачно. Потом я потренировался со своими тренерами и потихоньку начал отходить. В Рыбинске, я считаю, не удачно выступил. Хотя мог быть в тройке. В Сыктывкаре сам себе лыжи готовил, надышался порошком и не сложилось.

С RUS-пунктами непонятно. Пропустив зональные соревнования рангом ниже ЧР и КР, я уже по рейтингу стартовал на КР с 35-ой позиции. Если они называются RUS-пункты, то они должны начисляться только на внутрироссийских соревнованиях. А то получается: у кого есть финансовые возможности, то ему проще набрать RUS-пункты за рубежом на соревнованиях ранга кубка Европы (КЕ), где участвуют не так много сильных спортсменов, как у нас в стране. Или приравнять очки КЕ к очкам на соревнованиях ранга чемпионата округа (Сибири, Урала и т.д.).

            В Мурманске на 15км мог побороться за призовую тройку, так как был хорошо готов, но лыжи у меня плохо работали. На эстафете сам лоханулся, немного меня не хватило на финише, а мог бы победить. Финишная прямая оказалась для меня короткой. А Кандалакша доказала, что силы у меня есть, ещё поборемся.     Выиграть 70км классикой на ЧР тяжело и почётно. Я не говорю, что десятку легче бежать. Каждая дистанция по-своему сложна, но всё-таки 70км сложнее полтинника.

            После Кандалакши я уже традиционно поехал на Камчатку для участия в Авачинском марафоне. Меня уже встречают там как своего (улыбается). Организаторы проводят там соревнования лучше, чем некоторые чемпионаты России. Авачинский марафон по организации можно поставить на один уровень с соревнованиями высокого ранга, проводимыми в Рыбинске или в Сыктывкаре. Удивляет, что на периферии есть большое количество техники (ратраков) для подготовки трасс. А в Москве почти нет. До сих пор по старинке «Буранами» катают.

           

– А где, по вашему мнению, у нас в стране самые лучшие лыжные трассы? И как с этим обстоят дела за рубежом?

– Рыбинские (Дёминские) трассы широкие и готовятся хорошо. В Сыктывкаре очень хорошие трассы. Раньше в Сыктывкаре мне нравилось кататься. Там очень много разных кругов, разная пересечёнка. В Сыктывкаре построили очень хорошую базу. Есть много мест, где поселиться. С одной стороны коттеджный посёлок, а с другой прекрасная многоэтажная гостиница. Сейчас многие лыжные центры стараются реконструировать, но не всегда получается. Вот, например, в Перми была плохо готова трасса. Рельеф там хороший, но подготовка трассы хромает. Трассу нужно летом готовить. Если взять Красногорск, то тут тоже есть проблемы. Расширить трассу не всегда можно, так как часто не позволяет закон. Масс-старт по красногорской трассе проводить не совсем правильно. Вот в Рыбинске широко, там без проблем.

            За рубежом, по мнению многих людей, самое профессиональное отношение к проведению соревнований. Например, в Эстонии из года в год проводят ЭКМ на уровне ЧМ или ОИ. Они готовятся к этим соревнованиям, как к чему-то святому. Там продумано всё до мелочей: есть открытие, закрытие, фейерверки.

 

– Как прошла «Красногорская гонка»?

– В этом году «Красногорскую гонку» перенесли в Сыктывкар из-за отсутствия снега в центральном регионе. Даже в Сыктывкаре снега было не много. К сожалению, мне не удалось показать хороший результат. Я это связываю с отсутствием ранних стартов в подготовительном периоде. Мы прожили в Сыктывкаре 40 дней, а было только 5 стартов. Кроме того, я больше люблю выступать на длинных дистанциях. А длинные гонки у нас будут только весной. Парадокс, но так получается. Так что я сейчас нуждаюсь в любых стартах.

 

– В последнее время вас можно часто встретить на массовых марафонах. Кто-то приглашает или своя инициатива? Были мысли на счёт серии WorldLoppet?

– На «Николов перевоз», в Дубну, меня пригласил организатор Георгий Кадыков. У меня было время, и я находился тогда в Москве. Также ездил в Киржач. Там был классический марафон памяти погибших сотрудников ФСБ. Участие в массовых марафонах иногда даёт возможность заработать.

            На WorldLoppet пока не собирался. Может быть, поеду, если сформируют команду «Кубок марафонов FIS» и меня туда возьмут.

 

– Поговорим немного об инвентаре. Вы как встали на лыжи Fischer, так и на них катаетесь до сих пор?

– Как пришёл, так и продолжаю на Fischer. Были некоторые моменты, хотел попробовать Atomic. В итоге остался. Это было за два года до Олимпиады-2002, когда Миша ушёл на Atomic. Пробовал я много других марок, Fischer меня устраивает. Может быть, просто я к ним уже привык.

 

– А с ботинками что? Говорят, что Adidas прекращает выпуск лыжной обуви.

– Сначала хотел попробовать ботинки Alpina, но там оказались достаточно жёсткими контрактные условия. Фирма хочет видеть в своих ботинках олимпийского чемпиона, а я под это не подхожу. Альтернативой был Rossignol. Пришёл к представителям. Я уже до этого тестировал лыжи и ботинки Rossignol. Коньковые лыжи для меня оказались очень жёсткими, а классические хорошими. Но у меня был контракт с Фишером, поэтому выбрал только ботинки. Ботинки мне очень понравились. Вот получил коньковые ботинки у представителя фирмы. Теперь выступаю в ботинках Rossignol.

 

– Получается, что крепления пришлось переставлять?

– Да. При смене обуви я думал над этим вопросом. Пересверлил лыжи. Сейчас многие спортсмены и производители стали переходить на систему креплений NNN. Тот же Fischer начинает выпускать ботинки с этой подошвой.

 

– Многие обращали внимание на проставки под креплениями на ваших лыжах. Это что давало?

– У меня они стояли. Лет 8-10 назад Salomon делал эти проставки-наклонки. Получается, что после их установки лыжа стоит не прямо, а на ребре. Когда ботинок стоит прямо, то лыжа кантуется. Я к этому привык. Без них тоже пробовал тренироваться. Мне особенно нравится с ними в мягкую погоду, очень удобно. Наверно, я один с ними бегаю. Несколько раз видел на ЭКМ у поляка, больше ни у кого не видел. По-моему, какие-то фирмы пытались выпустить ботинки с наклоном подошвы.

 

– Какое текущее состояние с лыжами? Сколько пар обычно возите на соревнования?

– Чем меньше возишь, тем лучше. Когда путешествовал вместе со сборной командой, то обычно возил 8-10 пар лыж. Сейчас столкнулся с самостоятельным перемещением, тут сложнее. Нужно везти сумку, где смазка, утюг, станок. В прошлом году я прилетел из Австрии, у меня был груз 80кг. Перегруз мне на 40кг подсчитали. Я еле это дотащил. У меня были два чехла лыж (экипировочные и гоночные). Сейчас обычно вожу шесть пар. Но часто оказывается, что бежишь на одних и тех же. Был случай, что возил лыжи, которые нигде не ехали. Я их уже хотел отдать или продать пацанам. А потом они вдруг поехали, и выиграл на них семьдесят. Бывает весь сезон лыжи провозил, а они не ехали. На следующий год берёшь их, и они прут.

 

– А палки теперь тоже за свои деньги? Поломки часто бывают?

– Использую палки SWIX, которые получил три года назад. Новые не дают. Думал даже Exel попробовать.

            Последний раз мне сломали палку на КР. Это, наверно, было первый раз за десять лет. По всей видимости, мне сломали там специально, под самый финиш. Нужно быть аккуратным, чтобы самому не сломать и чтобы тебе не сломали. В масс-стартах сзади далеко палки выкидывать нельзя. Нужно постоянно контролировать этот момент.

 

– Помню как-то смотрел по ТВ трансляцию с ЭКМ с вашим участием. Там был такой момент: у вас отстёгивается лыжа и укатывается сама. Что произошло тогда?

– Это был спринт в Норвегии. Мне отстегнули её. Получилось так. Нас стартовало шесть человек. Я шёл четвёртым-пятым. К концу круга началась борьба. Выхожу вперёд, на третью позицию, а сбоку передо мной прыгает немец или норвежец. А там места почти нет, я прыгаю в соседнюю лыжню. А там тоже кто-то. Меня толкают в сетку, пытаюсь устоять. Но получилось так, что лыжу мне поддёрнули и крепление отстегнули (такое происходило со мной несколько раз). Лыжа покатилась сама и уехала. Все убежали.

            Ещё был случай в прошлом году в Рыбинске. Мы бежали спринт. На крутом повороте мне поддёрнули лыжу: она также отстегнулась.

 

– Лыжи постоянно парафините при хранении и транспортировке?

– Конечно. Каждый спортсмен парафинит. Во-первых лыжи всегда нужно чистить. Берёшь парафин, прогреваешь утюгом. Лыжи нужно насыщать парафином: иначе они сохнут. Нельзя «поджигать» утюгом. Часто порошками жгут, и лыжи перестают ехать. Бывает, что со временем лыжи теряют свои свойства. Есть у меня одна старая коньковая пара, ей лет 5-6. Она перестала ехать, и я отдал её на штайншлифт (чтобы нанести новую структуру на поверхности). После чего она опять стала нормально ехать. Нужно следить за лыжами и вовремя обновлять поверхность. У нас в стране не так много мест, где можно нанести качественную структуру. Чаще всего наносят хорошую структуру в Финляндии и в Италии. Но для этого нужны деньги и время.

 

– Получается, что в последнее время вы сами себе готовите лыжи? А чистите как?

– Я постоянно готовил себе лыжи. Когда мы с Грушиным работали, то нас к лыжам практически не подпускали. Но мы старались смазчикам помочь (почистить и т.д.). Представьте себе: у каждого по 10 пар, а в команде 10 человек. Получается 100 пар лыж нужно готовить. А смазчиков всего три человека.

            Кто-то говорит, что чистить нужно тёплым парафином. А кто-то утверждает, что для холодной пары нужно использовать холодный парафин, а для тёплой только тёплый. Я обычно чищу тем, который ближе по погоде к предстоящим соревнованиям.

            За рубежом обычно приезжаешь, а затем готовишь лыжи и бежишь. А у нас часто приезжаешь уже с подготовленными лыжами, переодеваешься в старой спортшколе и бежишь на том, что есть. Вот недавно в Красногорске сделали новый стадион, в Сыктывкаре и в Рыбинске построили. Там есть нормальные условия для подготовки лыж. А в Перми за 10 лет ничего не изменилось: хоть бы гвоздь новый вбили! Проводят Кубок Урала, а условий никаких. Лыжи негде приготовить: все сидят в подвале. А подвал 50 метров. Местные ещё как-то готовят. У них есть своя комната, а у приезжих проблемы. Каждый ютится, где может.

 

– Не один раз видел, как вы катаете «мышки». Скатываетесь на лыжах с датчиком. Эффект от этого есть?

– Даёт. С датчиком лыжи тестирую, выбираю лучшие. Лыжи выбирают по большей скорости.  Чаще использую, когда нужно выбрать из большого числа лыж. Был у меня один момент. Из десяти тестируемых пар классических лыж одна сразу уезжала от других. Спустя некоторое время эта пара у меня стала исключительно гоночной. Некоторые лыжи медленно разгоняются, но потом быстро едут. Другие наоборот. Это нужно учитывать. Можно и от датчика отказаться. Сейчас пошли GPS-навигаторы. С их помощью тоже можно тестировать.

А «мышку» катаю, чтобы определиться с парафином. Это важно. Не всегда можно просто так попасть в погоду. Правда, несколько раз я ошибался и с «мышкой». У моего тренера есть четыре «мышки», они примерно одинаковые. Он их знает. Но даже их не хватает, чтобы попробовать все варианты. Кроме того, финансирование не позволяет покупать любую смазку.

 

– Вы упомянули прибор GPS. Считаете его полезным для спортсменов в тренировочном процессе?

– Полезный прибор. Вот Дима Маслов приехал из Сочи и показал мне возможности своего прибора: до Сочи 1200км по прямой, высота столько-то, это столько… Есть много лишнего, а что километраж считает это здорово. В Болгарии, например, мы катаемся по дорогам. Круги известны, а с ним вообще здорово: нигде не посачкуешь, всё видно. Раньше в кросс-походы ходили в Болгарии на 3,5 часа. Думали, что прошли километров сорок, а сейчас прибор показывает двадцать! Это же горы.

            Большое преимущество, что по прибору видно высоту места, где идёт тренировка или соревнование.

 

– Пульсометр везде используете или только на тренировках? Цифры какие он показывал?

– В основном использую его только на тренировках. На соревнованиях использовал раньше, да и то не всегда. Он все равно мешает, сдавливает.

            На тренировке в горах очень важно, так как пульс не всегда чувствуешь. Сейчас появилось много разных моделей пульсометров. Есть дешёвые и простые: примерно за 1500 рублей, а есть дорогие – за 6 и более тысяч. Естественно, в глубинке дорогие не купят. А без приборов сейчас мало кто серьёзно тренируется.

Свой   максимальный пульс сейчас не знаю, а видел когда-то 204. На длинные дистанции я не одеваю датчик. На контрольные старты одеваю. На тредбане в прошлом году было 199 уд/мин.

Для меня нормальный тренировочный пульс до 170. Я его легко переношу. Закисление чувствую после 180. Возможно, тут есть где-то ошибка, и я несколько завышаю свой пульс на тренировках. Просто чувствую себя хорошо на таком пульсе.

В июне прошлого года мы ходили в кросс-поход. Мы шли на Телецкое озеро. Это , примерно, в 350км от Новокузнецка. У нас был попеременно велосипед и кросс. Мы дошли туда за четверо суток.  Двигались по системе: 20км на велосипеде + 15км бегом. В первый день прошли не очень много: около 80км. Во второй день получилось 105км из них 65км ногами. Нас было пять человек и три велосипеда. Спортсмены были с разной степенью подготовки, поэтому старались чередовать бег-вело в зависимости от усталости спортсмена. На четвёртый день мы были уже никакие. Я уже постоянно переходил с бега на шаг. А остальные ехали на велосипедах. По ходу кросс-похода внизу перед 1,5-3км подъёмом тренер одевал мне бронежилет, а на верху я его снимал и шёл дальше. Тренер ехал на машине с прицепом. После того, как дошли до озера мы там отдохнули, потренировались недельку и стали возвращаться назад тем же путём. Мне кажется, что там я перегрузил свой мышечный аппарат. После этого похода у меня стала зашкаливать биохимия. Долго не мог выйти из замученного состояния. Наверно, мне надо было отдохнуть недельку-две, а я не мог. Начал потихоньку тренироваться, переговорил с Юрием Викторовичем Бородавко. Он мне сказал, чтобы я делал то, что считаю нужным и не перенапрягался. Но меня не хватило. И я не смог отобраться на Олимпиаду.

 

– Вы много лет тренируетесь, а ошибки в подготовке допускаете. Обычно ведь ведут спортивный дневник. Он есть у вас? Тренировочные объёмы какие?

– Если ты в сборной команде, то обычно тренируешься по общему плану, который написал тренер. Например, тренируется Панкратов (молодой) и Прокуроров (за 30лет). Им нужна разная работа. У одного мышцы такие, у другого такие. У одного объёмы маленькие, у другого большие. Теперь тренируюсь по индивидуальному плану.

            Дневник веду регулярно. За год выходит около 9-9,5 тысяч километров. Открываем дневник и смотрим: за 2004-2005 год лыжной подготовки прошёл всего 4500км, за 2003-2004 – 3850; за 2002-2003 – 4035; за 2001-2002 – 5037км. Это с учётом «трубы» – лыжного тоннеля.

            Делаю записи регулярно. Записываю переезды, самочувствие, тренировки, соревнования, погодные характеристики, результаты. Потом сажусь в конце сезона и анализирую.

 

– Как в условиях Москвы можно тренироваться на лыжах? Какие дополнительные тренировки проводите (бассейн, игры и т.д.)?

– Никак. Зимой я катаюсь в Одинцове. Трассу там готовят, правда, не всегда. А люди приходят постоянно. Когда в Москве было под -30, я туда приехал, а народ там катался. Когда было тепло, то машину там негде поставить. Приезжаю на «Манжосовскую гонку», опять машину там негде поставить. Я удивляюсь тому, что люди всегда там катаются.

            Летом езжу на «Поклонную гору», катаюсь на лыжероллерах. В Москве нет лыжероллерной трассы, есть в Одинцове. Многие спортсмены страдают от этого. Приезжают в Москву на 2-3 дня, а покататься и побегать часто негде.

            В бассейн хожу регулярно, раза два в неделю (проплываю там, примерно, 1,5км). Иногда знакомый приглашает в Крылатское, на канал. Вспомнил, что зимой катался на лыжах в Крылатском по велокольцу и даже по гребному каналу.

            Делаю упражнения в школьном дворе, на площадке. Там есть брусья, перекладина. Зимой там делал упражнения практически каждый день. Сейчас купил себе домой тренажёр «Мираж», шведскую стенку. Этот тренажёр наиболее удобен для нашего спорта. Там работает спина, пресс и руки. Ещё бегаю кросс. В футбол играю, но не смотрю его принципиально.

            Сезон закончился, и мне стали часто задавать вопрос: «Чем занимаешься сейчас? Что делаешь?» А я вроде ещё не объявлял, что завершил свою спортивную карьеру. Что делаю? Тренируюсь! Возможно, федерация считает, что я уже больше не буду бегать. Подобный случай был с Леготиным, его не брали в команду. А он до сих пор доказывает, что способен на многое. Я планирую продолжать тренироваться как минимум до следующей Олимпиады. У меня есть много скрытого потенциала и резерва. Если бы у меня этого не было, то наверно бросил бы это занятие.

 

– У вас есть своя система питания? Вес отслеживаете?

– Вес отслеживаю, но не регулярно. У меня держится вес 72-73кг. Когда перестаю много есть, то падает он до 70. Начну есть: он опять возвращается к 72. Тут зависит от строения организма. Некоторые худеют и бежать не могут, так как мышечная масса тоже падает. Вот Миша Иванов приезжал и говорил, что дома ел-ел, а взвесился: вес прежний остался – 68кг. Когда тренируешься, то всё сгорает. Жирное и острое стараюсь не есть.

            Что касается добавок к еде, то витамины нужны. Мне нравились витамины Эндур, а теперь их тут уже не купить. В тренировочном процессе должны быть полный контроль, биохимия и прочее. Основные показатели: мочевина, тестостерон, железо. Если тестостерон сильно падает или мочевина высокая, то надо отдыхать или просто снизить нагрузку. В зависимости от этого подбирается фармакологическая программа. В прошлом году у меня мочевина была под 11, а нормальный уровень не выше 6,5. Когда я ездил со сборной командой, то у нас был биохимик.  А сейчас приходится договариваться с биохимиками самому.

 

– Вы бегаете спринты и марафоны. Как получается перестраиваться под разную длину дистанции?

– Сейчас у меня спринт совсем слаб. Когда начинаешь бегать длинные дистанции, то мышечный аппарат перестраивается. Больше включается медленных мышечных волокон. Ты сам приучаешь автоматом мышцы работать долго, но медленно.

 

– Сейчас поднимается биатлон. вы пробовали стрелять?

– Если будет возможность на сборе пострелять, то хочу попробовать биатлон. Стрелял давно, но это было мимолётно. В биатлоне много своих проблем, с теми же винтовкой и стрельбищем. Если пойдёт, то хорошо.

 

–А основной источник дохода какой сейчас?

– За счёт того, что я в армии служу (капитан), и область мне иногда помогает.

 

– Немного отойдём от лыжной темы. У вас есть любимые занятия, так называемое хобби?

– Никакого хобби. Просто люблю на природу ходить. Ездил домой к себе, ребята звали на медведя в тайгу. А на это надо 3-4 дня. А у меня времени не хватает.

            На компьютере обычно только играю. Мне стратегии нравятся, в Интернет заглядываю иногда.

            Газеты не покупаю, так как там чаще всего один только футбол-хоккей. Книги иногда покупаю и читаю. Недавно Пикуля читал.

            Ещё значки собираю. Когда был в Америке, то привёз от туда много значков. Мы там ходили и со всеми меняли значки.

 

– Образование у вас какое?

– После школы я учился в техникуме со спортивным уклоном, а по окончании был зачислен на второй курс Новокузнецкого государственного педагогического института. Имею диплом учителя физкультуры.

 

– Удалось попрактиковаться учителем?

– Нет. В 1994 году меня забрали в армию. Получилось так, что я служил в армии и учился в институте одновременно. Когда я учился ещё в техникуме, то пришёл в военкомат за повесткой для техникума. Хотел сдать экзамены досрочно. А мне дали повестку, чтобы я прибыл на сборный пункт через неделю. Меня призвали в радиовойска, в Бийск. Нам сказали, что через три дня нас заберут в спортроту. Мы пробыли там две недели, а потом нас призвали в спортроту, в Новосибирск. Мы там пробыли неделю, а потом написали увольнительную. Меня освободили от службы, так как я был в сборной команде. Бегал и параллельно заканчивал институт.

Другие статьи этого автора:

Светодиодные налобные фонари для занятий лыжным спортом
Тестируем лыжные палки верхних уровней сезонов 2009-2010 и 2010-2011
Мониторы сердечного ритма с возможностью GPS от пяти ведущих мировых производителей этой продукции. Сравнительный тест
Сергей Курдюков: «Эфир чем-то напоминает шоссейные велогонки»
Андрей Кондрашов: Сегодня на канале «Спорт» опять стреляют», или НЕ РУГАЙТЕ КОММЕНТАТОРОВ!
Сергей Рожков: рядовых сезонов не бывает!
Анна Богалий-Титовец: Почти от А до Я
Ольга Зайцева: в биатлон из лыжных гонок перешла потому, что там не хватало людей

Sergey Birukov 5895 10.02.2007
Рейтинг: 0 0 0