Михаил Прохоров: "Перед нами стоит задача превратить СБР а современную организацию"
Вчера Совет Союза биатлонистов России подвёл итоги олимпийского цикла 2006-2010 года, обсудил планы на спортивный сезон-2010/2011, а также реализацию программы СБР по поддержке детско-юношеского спорта и биатлонных комплексов в регионах. После завершения работы совета на вопросы журналистов ответил глава СБР Михаил Прохоров.
– Михаил Дмитриевич, можно ли сказать, что вертикализация управления, которую мы видим сейчас в нашей стране, распространяется и на биатлон?
- То, что вы называете вертикализацией, я бы назвал нормальной системной работой, где каждый знает, чем он занимается. Мне очень приятно видеть, что наша организация сплотилась. Да, у нас есть критики, но и люди, которые нас поддерживают. Мы первыми готовим системные документы и стараемся их реализовывать. Как вы знаете, СБР принял Стратегию развития биатлона до 2020 года. Сегодня на совете ряд программ этого документа был утвержден, под них выделены деньги и в ближайшем будущем они поступят вниз, в детские спортивные школы и те комплексы, которые необходимы для подготовки нашего резерва.
- Вы довольны работой своей команды?
- Сказать «доволен» всё равно что признать, что пора уходить на пенсию. Я уже говорил, что когда мы выиграем все 10 золотых медалей Игр, я скажу, что полностью доволен. А пока работы очень много.
- Насколько можно сказать что СБР — современная организация?
- Правильнее сказать, что перед нами стоит задача превратить СБР в современную организацию. На это путь мы встали относительно недавно, и кое-что нам уже удалось сделать. Но главное, что нам удалось преодолеть, это корпоративную замкнутость. Например, конфликт между тренером сборной, главным тренером и личным тренером мы в этом сезоне преодолели. Это очень важно, ведь раньше, когда спортсмен приезжал в сборную, никто не знал, какой объем нагрузок личный тренер ему дал. С этого сезона, за счет того, что мы определили новый, инновационный метод работы тренерского штаба, эта разобщенность была преодолена.
- Как Вы оцениваете наши отношения с Международным Союзом биатлонистов?
- Мне кажется что у нас нормальные отношения с IBU, и мы сотрудничаем достаточно конструктивно. Тот конгресс, что состоится в Санкт-Петербурге в сентябре этого года, я уверен, станет подтверждением этому.
- Каковы шансы у Сергея Кущенко и Виктора Майгурова войти в IBU?
- Я в лотерею никогда не играю и никогда не спорю. Мы работаем над тем, чтобы лучшие представители российского биатлона попали в IBU. Чтобы Россия по достоинству была представлена в IBU, как наш биатлон того заслуживает. Но до сентября говорить об этом преждевременно.
- Насколько оправдываются ваши прогнозы относительно роста рейтингов биатлона?
- Охват аудитории сейчас составляет около миллиарда человек. В дальнейшем, я считаю, возможно догнать НВА и «Формулу-1», то есть увеличить аудиторию до 2-2.5 миллиардов человек. Здесь работа идет очень быстро, например, в Германии биатлон уже по популярности опережает футбол. Лет 5-7 назад это казалось нереальным. У нас в стране, мне кажется, биатлон на втором месте после футбола. Процесс идет очень быстро и практически по всему миру.
- Может быть, у вас уже намечены или даже уже были контакты с руководителями телевидения по этому вопросу?
- Отвечу вашими же словами: «Может быть».
- Есть ли неразрешимые на сегодняшний день задачи, и решение каких задач Вы сознательно откладываете «на потом»?
- Неразрешимых задач не бывает. Что касается биатлона, то у нас есть программа, мы очень хорошо представляем себе, что надо делать. Надо только брать и делать.
– Почему было принято решение отказаться от должности старших тренеров, и есть ли вероятность, что в будущем должности старшего тренера вновь будут в сборной?
– Я противник догмы и считаю, что никогда нельзя говорить: «Это однозначно правильно, а это — нет». Мы проводим эксперимент, который позволит нам посмотреть новую форму в действии. Если по какой-то причине она не приживется, можно будет всегда вернуться к старой. Но нам кажется, что это преодоление барьеров местных начальников будет гораздно более эффективным с новой моделью, тем более, что она была отработана в прошедшем сезоне в резервной сборной. В команде Валерия Польховского модель была именно такая, как сейчас мы предлагаем для национальной команды.
Чтобы оставить комментарий, зарегистрируйтесь и войдите через свою учетную запись.
Из разных источников утверждается, что львиная доля финансирования СБР это бюджетные деньги. Потому, не только Путин и Степашин должны знать, как эти средства расходуютя, но и каждый налогоплательщик имеет право на информацию о бюджете СБР и его исполнении.
Без этой информации эффективность работы менеджеров СБР не более как "мыльная опера ". В итоге, регионалы пашут по черному, а сливки снимают массоны. Главное, как ловко эти "члены" пробрались в Совет СБР, не будучи жителями представляемых ими регионов?! Hегионы даже не знают, кто их представляет в Совете СБР, кем и как это решалось. Лишь немногие члены Совета СБР (Маматов, Барнашов и еще человека три) из 48-ми Членов Правления СБР представляют свой регион, опять же, была ли процедура избрания? Про Камчатку точно могу сказать - фуфло, не было общественной процедуры избрания. У нас ни один тренер в лицо не знает своего президента федерации биатлона, а не то что чужеземца, представляющего Камчатку. Конечно, это наши проблемы, а кому это выгодно - не вопрос. И так практически по всем регионам. Полная копия "вертикали власти" - власть сама по себе, регионы сами по себе.
Потому мной употреблен термин "масонского общества" касательно СБР и всех его структур.
Раз мы живем в демократическом обществе, почему процедура формирования СБР строится сверху, а не от региональных федераций?! Почему по концу олимпийского цикла регионы не провеkи отчетно-выборные конференции, не избрали своих делегатов на Всероссийскую конференцию биатлона, чтобы обсудить отчет СБР за олимпийский цикл,исполнение бюджета за 4 года и последний год, после чего конференция должна избрать или переизбрать Президента СБР, переизбрать Совет СБР, а Совет СБР избирает уже ПравлениЕ и Исполнительного директора. Правление СБР нарабатывает новую программу, составляет бюджет и утверждает это на новом Совете СБР.
Так что, СБР по факту - вещь в себе, потому что оно есть, что его не будет, на результат Черезова, Устюгова,Зайцевой и Булыгиной это никак уже не повлияет, а если повлияет, то только в худшую сторону, как это и случилось с Чудовым.
Президент РФ Д.Медведев к вопросу о Ванкувере и Сочи попал в десятку - "во главу угла надо ставить самих спортсменов". И действительно, создать себе качественный сервис они могут гораздо лучше и эффективнее (экономнее по сумме), если дать им деньги напрямую, как грант на подготовку к Сочи. К сожалению, на второй шаг у президента РФ не хватает политической воли, а жаль!
Камчатку в совете СБР представляет Тихонов Александр Иванович
Многие регионы представляют действительно люди работающие там. Сейчас попробую посчитать.
Понятно, что СБР строится от "крыши", а не от фундамента. Но у нас вся страна так устроена, и вертикаль власти кончается именно там, где начинается конкретная ответственность. Потому власть сама по себе, народ сам по себе. Тоже самое будет с СБР, тем более в связи с Сочи. На должности руководителя СБР повсему должен был быть В.Маматов, но Сочинский пирог столь велик, что даже Прохоров не смог от дележа этого пирога отказаться. Что уж тут лукавить...
Как я понимаю, СБР практически целиком находится на бюджетном финансировании, малая толика от IBU и совсем крохи от спонсоров, которые вкладывают деньги в конкретных биатлонистов, не попавших в сборную. Такая ситуация продлится до Сочи, далее профессиональный биатлон будет клубным, финансирование детского спорта по линии Мутко и Фурсенко сворачивается уже сейчас. Здоровье и массовый спорт, в том числе и детский, это уже не проблема государства.
Разумеется, пяток спортшкол нужно профинансировать по линии СБР, иначе как пополнять "контингент" будущих профессионалов (читай рабов и гладиаторов), без которых армия управленцев останется без работы. Не нанимать же России биатлонистов из Германии и Норвегии, как, к примеру, корейцев по шортреку. Кстати, это самый дешевый путь к олимпийским медалям, в прямом и переносном смысле.
Мой внутренний протест состоит в том, что Олимпийское движение в России вырождается, в то время, как в Канаде и США, возрождается. Роли поменялись. Они переняли опыт СССР, мы их с самыми худшими извращениями, о какой прозрачности бюджета СБР может быть речь...
Извини, Лена, что в очередной раз не по месту изливаю внутреннее неприятие происходящего в нашем спорте.