Максим Вылегжанин: "Нортуг, good luck!"

28-летний Вылегжанин завоевал на чемпионате мира в Осло две серебряные медали - в дуатлоне на 30 км и в 50-километровом марафоне. Причем оба раза он уступал лишь на самом финише "Королю лыж" Петтеру Нортугу из Норвегии.

КЛАССИКА

Не знаю ни одного человека, причастного к отечественному лыжному спорту, который не уважал бы Максима Вылегжанина. Удивительно, впрочем, другое. При всем этом Вылегжанин совершенно не обласкан вниманием общественности: ему редко шлют с неизвестных номеров sms со словами поддержки, взволнованные фанатки не бросают ему цветы, а репортеры далеко не всегда горят желанием вступать с Максимом в профессиональные отношения. Махнут только рукой: "Все равно ничего интересного не скажет".

Вылегжанин - этакий волк-одиночка, который привык рассчитывать на свои силы и отвечать исключительно за себя. Спокойный, неконфликтный, надежный спортсмен, который в Осло-2011 расширил свою коллекцию на чемпионатах мира до трех серебряных наград, превратившись едва ли не в самого титулованного действующего лыжника России.

- Максим, мы достаточно регулярно общаемся с вами последние три года, но, готовясь к интервью, я вдруг осознал, что мне о вас по большому счету ничего не известно. Да и никому не известно. Причем складывается такое впечатление, что вас это абсолютно устраивает.

- (Улыбается.) Да, меня это устраивает.

- Почему?

- Я никогда не копался в себе - почему я такой? Я такой, какой есть. Я вам больше скажу: сегодня я очень открыт по сравнению с тем, каким был еще несколько лет назад. Наверное, это от воспитания. Мои родители очень скромные люди.

- Отец вас строго воспитывал?

- Все относительно. Но что такое ремень, мне известно.

- Расскажите о своей семье. Знаю, что у вас есть старшая сестра и младший брат.

- Да. Родители живут в Удмуртии, в селе Шаркан, я там родился. К спорту отношения они не имели. Отец до пенсии работал в органах внутренних дел. Потом год просидел дома, но понял, что не сможет так жить, и ушел работать снова. Мама уже очень давно работает в библиотеке.

- А, то есть вы блатной - могли книги вовремя не возвращать?

- Нет, я возвращал. Вернее, мама за меня возвращала. Я люблю книги, сейчас достаточно много читаю. После школы еще долго потом читал произведения из школьной программы - компенсировал то, с чем не успел познакомиться вовремя. Любил классику, был период, когда увлекся спортивными автобиографиями - фигуристов, теннисистов, но сейчас больше отошел в сторону художественной литературы. Есть друзья, с которыми на тему книг постоянно общаемся, обмениваемся, что-то друг другу рекомендуем.

- В родном селе часто бываете?

- Если хотя бы на вечер попадаю в Ижевск, где у меня квартира, - приезжаю обязательно. Переночую - и обратно. Надолго стараюсь не задерживаться.

- Потому что родители относятся к вам, как к маленькому Максиму?

- Нет, по-взрослому уже. Просто я с семнадцати лет, как школу окончил, живу самостоятельной жизнью.

- Как жизнь в русских селах? Пьют мужики?

- Бывает.

- Для Шаркана вы знаменитость мирового масштаба?

- Наверное. Иногда кого-то не узнаю в лицо, а те - обижаются. Хотя я не со зла.

- А когда вас узнают, нравится?

- Да, нравится. И потом, это не так часто случается, чтобы стало раздражать. В Ижевске тоже, бывает, пальцем тычут: "О, лыжник".

- В Ижевске, наверное, в большем почете биатлонисты. Хоть раз на "Ижевской винтовке" побывали?

- Ни разу. Меня постоянно нет дома в те дни, когда она проводится.

- В вашей жизни когда-нибудь был биатлон?

- Пересекаясь с биатлонистами на сборах, брал винтовку, пробовал стрелять. Не могу сказать, что всё закрывал, но, думал, будет хуже. В принципе стреляю я неплохо. Попадал в призеры, выступая за свое спортивное общество. Стрелял из "Макарова".

- Стрелять на лыжах действительно сложно? Или это понты биатлонистов?

- Нет, сложно. На самом деле.

"ЦИКЛИКА"

- Вы впервые выиграли что-то серьезное в 26 лет - это было серебро на чемпионате мира-2009 в Либереце. А тот же Нортуг в свои 25 уже давным-давно "Король лыж", многократный чемпион мира и Олимпийских игр. Не завидно?

- В спорте у каждого свой путь. Какого-то застоя в результатах у меня никогда не было, каждый год я делал шаг вперед. Да, вышло так, что пропустил Олимпиаду в Турине, да и на чемпионаты мира не всегда попадал. Условно, если брали восьмерых - я был девятым. Но я руки не опускал. Понимаете, есть спортсмены, которые один сезон идут не очень, а на следующий год - бах! - на голову выше самих себя. Но такие скачки могут так же быстро и закончиться. Я же шел наверх пусть медленно, но верно. И рассчитываю остаться там надолго.

- В какой момент вы поняли, что лыжные гонки - профессия? Все-таки "циклика" - это не в снежки играть…

- А я не могу назвать лыжи профессией. То есть могу, но это не то занятие, которым я занимаюсь ради денег или ради того, чтобы просто чем-то заниматься. Это любимое дело. Я очень люблю лыжные гонки. И никто не заставит меня лежать на снегу, умирая на финише, если мне это самому не по душе.

- То есть хотите сказать, что вы один из тех счастливчиков, которым удалось превратить свое детское увлечение в способ заработка на жизнь?

- Наверное.

- Я несколько раз слышал от людей, что им очень нравится тренироваться. Нравится ощущение усталости, нравится искать пределы собственного организма. Вы случайно не из таких?

- Скорее всего. Во всяком случае, я люблю состояние усталости. Иногда придешь с тренировки, рухнешь на кровать и думаешь: "Как же хорошо-то!" Видимо, срабатывает простая логика: если ты устал, значит, день прожит не зря.

- Я очень хорошо помню ваше почти шоковое состояние после марафона в Либереце. С тех пор прошло два года. И видно, что к нынешним серебряным медалям вы стали относиться как к должному. Или я не прав?

- Нет, я действительно изменился. Серебро в Либереце было прорывом, я ведь до этого на международном уровне вообще в тройке никогда не был, даже на этапах Кубка мира. В Либереце трудно еще было поверить, что я могу бежать наравне с элитой. Начал догадываться об этом в прошлом сезоне, когда на дистанции вдруг ловил себя на мысли, что спокойно выдерживаю заданную скорость. Но только теперь окончательно перестал в этом сомневаться.

- А это важно - перестать сомневаться, да? Выходить на старт не с клокочущим от радости сердцем, что вообще соревнуетесь с такого уровня гонщиками, а просчитывать варианты победы над ними?

- Все правильно.

НОРТУГ

- После марафона я на пресс-конференции спросил Нортуга, что он о вас думает.

- Интересно. И что он ответил?

- Назвал вас умным гонщиком, который умеет финишировать. Поэтому по ходу марафона он опасался вас больше остальных.

- Приятно такое слышать. Я вам в ответ другую историю расскажу. Перед стартом марафона Петтер обернулся ко мне и пожелал хорошей гонки. "Good luck", - сказал.

- Ну и что?

- Ничего, просто это случилось впервые в жизни. Раньше мы друг друга почти не замечали, ну, или, так скажем, Нортуг меня не замечал. И вдруг - такое. Я тоже ему в ответ сказал "good luck".

- Вам хотелось бы познакомиться с ним поближе?

- С удовольствием познакомился бы. Но это не так просто. Во-первых, мы соперники, во-вторых, я почти не говорю по-английски. Когда общаюсь с "фирмачами", чувствую, что хоть и говорю неправильно, те все равно понимают, но язык однозначно надо подтягивать.

- А о чем вы стали бы с Нортугом разговаривать?

- Ну, как о чем? О чем, о чем… ( пауза.) Нашел бы о чем поговорить! Скажем, мне было бы интересно узнать, как он относится к лыжам, какие у него мысли о тактике. Многие считают, что он ленивый, не работает в группе, но это не делает его менее выдающимся гонщиком, чем он есть. Зачем ему использовать другую тактику, если та, которой он придерживается, приносит успех?

- Видели его финиш в эстафете?

- Я не против такого финиша, если вы об этом. И не счел бы это оскорбительным, финишируй он боком передо мной, а не шведом. Он просто показал свое преимущество. Если может себе это позволить, - пожалуйста.

- Такой финиш, как у Нортуга, - это от бога? Или тренируется?

- От бога, но тренируется. Человеку все по силам. Надо просто работать больше в этом направлении. И не только в этом: просто надо больше работать. Когда говорят, что у одного Нортуга столь большой обслуживающий персонал и это помогает ему побеждать, я думаю о том, что он это заслужил. Как и Юстина Ковальчик, у которой тоже не маленький "сервис".

- Вы стали чуть ли не первым лыжником, которому удалось обыграть Нортуга на финише "длинной гонки". Это случилось на "тридцатке" в декабре прошлого года на этапе Кубка мира в Ля Клюза…

- Я не переоцениваю тот успех. Нортуг в декабре был не в форме. Помню, он очень далеко отпустил меня вперед. Потом догнал, но финишный рывок получился настолько затяжным, что он не выдержал. Писали, что он жаловался на плохую колею, в которой ему пришлось финишировать, но лично я от него такого не слышал. Значит, и говорить не о чем.

Сергей БУТОВ, "Спорт Экспресс"