• Роман Толокнов

  Советский спорт

Любовь Мухачева: от бокситогорского интерната до золота Олимпийских игр

Она выросла сиротой, не любила лыжи, но завоевала олимпийское золото и стала легендой. Любовь Мухачёва прошла путь от интерната в Бокситогорске до подиума в Саппоро, преодолев смерть матери, давление тренеров и даже донос в КГБ. Её жизнь была полна испытаний, но она всегда находила силы бежать вперёд, оставляя след в истории лыжных гонок и в сердцах учеников.

Детство без опоры

В 10 лет Любовь потеряла маму и оказалась в интернате. Брат и сестра, сами ещё подростки, пытались помогать, но сироты оставались наедине с реальностью. С четвёртого класса девушка училась самостоятельности: никто не давал советов, не ставил пример. Ориентиром служила доска почёта интерната, куда она стремилась попасть как отличница и спортсменка.

Коллектив помогал держаться. Дети играли в лапту, чижика, настольный теннис, используя книги вместо ракеток. Учителя, энтузиасты своего дела, заражали любовью к предметам. Любовь обожала английский, математику и физику, разбиралась в радиоузле лучше всех. Спорт пришёл случайно. Физкультура была в радость: зарядка на улице под аккордеон, игры вместо скучных упражнений. Лыжи же она терпеть не могла: деревянные, не по размеру, с большими кольцами на палках. Формы не хватало, и первая спортивная шапочка «Динамо» за победу на первенстве Ленинграда стала настоящим сокровищем.

Но учителя настаивали: все бегут кросс. Любовь выиграла школьные, районные, а потом попала на Праздник Севера в Мурманск. Среди сотни девочек она взяла четвёртое и пятое места, не тренируясь специально. Атмосфера заворожила: трассы со снегом, солнце, музыка, зрители. Это был настоящий праздник, в отличие от серых соревнований в Бокситогорске.

Баскетбол манил сильнее. С ростом 158 см юркая девчонка проскакивала под высокими соперницами, используя финты, и стала лучшим нападающим на первенстве области. Мечтала о сборной СССР, выигравшей чемпионаты мира и Европы. Лыжные тренировки она пропускала ради баскетбола.

Тренер по лыжам Алексей Мухачёв убедил её в том, что с таким ростом в баскетболе ничего не светит, а вот в лыжах – вполне. Поначалу Любовь обиделась, но вскоре осознала правду. Она начала работать над техникой, раньше бегала как в кроссе, без палок, а левая рука выворачивалась наружу. Проходила по 40 километров на тренировках, не терпя грубости от тренера. Однажды крикнула: «Не орите, я и так стараюсь!» С тех пор он только подсказывал.

После школы финансовые трудности заставили взять паузу. Зимней обуви у неё не было и вообще приходилось туго. Она работала на заводе, создавала афиши, собирала взносы. Через год поступила в Мурманский пединститут на физико-математический.

Мурманск ассоциировался с Праздником Севера, а большой Ленинград пугал. Но деканат не шёл навстречу: не отпускал на соревнования, ставя учёбу выше. После сессии без троек она забрала документы. Мухачёв разыскал её в Мурманске, приехал, устроился тренером. Страх ушёл, и они поженились. Любовь поступила заочно в университет Лесгафта в Ленинграде.

В сборной: споры и триумф

В сборной СССР она попала после победы на Кавголовских играх, равных этапу Кубка мира. Нагрузки выросли, а тело не справлялось. Тренеры не учитывали индивидуальность, и Любовь хитрила: недорабатывала, срезала трассы, симулировала болезни. Это помогло сохранить силы.

С главным тренером Виктором Ивановым она спорила открыто. На Камчатке он отмерил «километровый» рывок, а на деле вышло 1850 метров. Любовь отказалась: «Не буду, это слишком». Вечером он извинился, погладив по голове: «Ты права». Иванов был авторитарным, но интеллигентным, не кричал, а выражал недовольство молчанием. За срезанный подъём не говорил с ней два дня, и она отработала усерднее всех.

За три года до Олимпиады-1972 в Саппоро она забеременела на сборах. В больнице хотели сделать аборт ради медали. Любовь сбежала, отправила телеграмму в Олимпийский комитет: «Рожу, но спорт не брошу». Это стало анекдотом в комитете. Возвращение далось тяжело, изменилось тело, ушла лёгкость. Начала в марте 1970-го, по снегу, чтобы не бегать сразу. Выиграла две эстафеты на чемпионате СССР с Ниной Фёдоровой, Алевтиной Олюниной и Галиной Кулаковой.

На ОИ-1972 идеологическая накачка была жёсткой: мавзолей, заседания с КГБ и партией. Давило, но мотивировало. Атмосфера в Саппоро радовала: русскоязычные с Сахалина поддерживали. На 10 км Люба упала и откатилась на 26-е место, но финишировала четвёртой, проиграв бронзе 2 секунды. На 5 км она была шестая, в 12 секундах от золота.

Попала в эстафету на первый этап, чего не любила. В соперницах у неё были норвежка Ингер Ауфлес и немка Габриэль Хаупт, опытные медалистки. На старте Любовь оказалась последней из 14. Мысль «подвела страну» сменилась решимостью: стучала по лыжам впереди, требуя ускорения или лыжни. Вырвалась вперёд. Финка Хелена Такало стучала по её лыжам, Любовь уступала, но в итоге обернулась и высказала всё. Финку больше не видела, привезла 15 секунд.

Олюнина и Кулакова развили преимущество: второе золото СССР в эстафете. С Такало обнялись после финиша. Любовь засняла легендарный финиш Вячеслава Веденина в мужской эстафете: её кадры вошли в фильм об Играх. Через две недели была Универсиада в Лейк-Плэсиде. Усталость, смена поясов и даже плохое питание (макароны с подливкой) не сломили: три золота на 5 км, 10 км и эстафете.

Донос и завершение

Олимпийский триумф принёс не только славу, но и опустошение: главная мечта сбылась, новых целей не было. Любовь нацелилась на чемпионат мира 1974 года в Фалуне, но неожиданный удар разрушил планы. После Фалунских игр, где она помогала команде без переводчика, решая организационные вопросы с шведским куратором, на неё поступила анонимка в КГБ. Её обвинили в романе со шведом и желании эмигрировать, утверждая, что она вернулась лишь ради сына. К тому времени брак с Мухачевым распался, что добавило масла в огонь слухов.

В КГБ её объявили «морально неблагонадёжной» и запретили выезд за границу. Любовь была в ярости. Если я напишу анонимку на вас, тоже будете невыездным? Полковник признал несовершенство системы, но потребовал описать каждый день в Фалуне. Тренеры поручились за неё, и запрет сняли, но чемпионат мира она пропустила. На внутренних гонках тренеры просили притормозить, чтобы не злить болельщиков, всё ещё обсуждавших её «неблагонадёжность». В 1975 году она отобралась на Олимпиаду-1976, но не выступила по причинам, о которых предпочла умолчать.

В 1978-м в 31 год Любовь завершила карьеру ради сына Игоря, который редко видел маму. Ей предлагали тренировать молодёжную сборную, но это означало отправить сына в интернат. Она выбрала семью. С 1979 года Любовь тренировала детей в СДЮШОР «Труд». Переключиться с элиты на юниоров было непросто, но она нашла подход: не гналась за результатами, учила любить спорт. «Детей нужно направлять, а не ломать», – говорила она. Её ученики, уже взрослые, благодарили за счастливое время и любовь к лыжам. С 2003 года в Бокситогорске проводят соревнования на её приз. В 78 лет она участвует в «Лыжне России» и общается с детьми, вдохновляя их заниматься спортом.