Никита Крюков: "Нортуг сказал, что устал мне проигрывать"

Вчера герой чемпионата мира-2013 вместе со всей спринтерской командой вернулся в Россию. А уже сегодня он улетит на сбор в Сочи, перебросив тем самым символический мостик между нынешним успехом и будущим, олимпийским. Накануне отъезда с Крюковым встретился спецкор "СЭ".

ЕХАЛ В ИТАЛИЮ ЗА ЗОЛОТОМ

- Давайте по-честному: вы ехали сюда за золотыми медалями?

- Да.

- И заранее знали, что они вам достанутся?

- Ничего не знал. Просто верил. Настраивался. Кроме физической формы есть такой фактор, как волнение, чувство обязанности.

- Перед кем?

- Перед страной. Это большая ответственность, между прочим. Люди смотрели, надеялись.

- А вы этому подвержены? Есть же спортсмены, которые говорят: "Да меня это вообще не касается".

- В этом и проявляется характер. Кто-то может легко выиграть этап Кубка мира, а на главном старте ничего не показать. Хороший пример - швед Эмиль Йонссон, лидер общего зачета Кубка мира, с которым на чемпионатах мира все время что-нибудь происходило (в индивидуальном спринте Йонссон остался без медали. - Прим. С.Б.). Я рад, что он взял серебро в эстафете и доказал, что способен в себе разобраться.

- Точно такие же слова вы сказали в его адрес на пресс-конференции. Мне показалось, Йонссон был растроган.

- Может быть. Мы стали тесно общаться с этого года, прямо с первого этапа. Я с ним часто встречаюсь в финалах, а когда бегаешь друг против друга, волей-неволей начинаешь общаться. Если язык позволяет.

- В какой момент вы поняли, что это "ваш" чемпионат?

- Мы тут сидели 17 дней на сборе. Проводили скоростные тренировки. Я чувствовал, что готов неплохо. Но вот это неплохо - пальцем в небо, надо было сравнить себя с соперниками. В прологе бежалось как-то непонятно. Во всю силу не "мочил", ехал себе, ехал, вроде ничего особенного, а потом - бах! - выиграл. Тогда и появился кураж.

- Вы слышали о том, что король лыж Петтер Нортуг назвал вас главным фаворитом чемпионата?

- Последние дней десять я вообще прессу не читал. Мне это не надо, лишние мысли. Одна девочка из нашей команды спросила: "Никита, ты слышал, что Нортуг назвал тебя главным фаворитом?" Я ответил, что не слышал, а про себя подумал: "Зачем ты мне вообще это сказала?"

- А что вы почувствовали в этот момент?

- Ничего. Просто ближе к началу чемпионата усиливается волнение. И такими поступками вообще-то соперников вышибают.

- Не совсем понял. То есть можно сказать Сидорову: "Тебя Нортуг главным фаворитом чемпионата назвал". И у Сидорова колени задрожат?

- Именно так и бывает, поэтому я был недоволен, когда мне рассказали о словах Нортуга. Как будто не понимают, что такими жестами можно своего же подкосить.

- Победный финиш против Нортуга часто вспоминаете?

- Времени не было - нужно было к эстафете готовиться. Сейчас, конечно, повспоминаю немножко.

- Нортуг бросился вас обнимать на финише. Лично я был поражен такой реакцией норвежца, ведь он относится к тем спортсменам, которые признают одно свое поражение из десяти.

- Когда мы поехали круг по стадиону, Нортуг сказал: "Никита, все-таки ты лучший". Я ответил: "Перестань, я человек одной гонки, а ты всю программу бегаешь". Посмеялись. Он говорит: "Иди ты! На следующий чемпионат я не выйду, устал тебе проигрывать". Очень тепло с ним пообщались. Мне показалось, он был доволен серебру.

- Он правда пригласил вас выступить вместе с ним в марте в показательной гонке в Осло?

- Ну, не лично он. Организаторы пригласили, да. Я посмотрел видео в youtube, мне понравилось, как все это у них проходит. Это такой спринт по стадиону в Осло. Побежим на лыжах сначала 100 метров, затем 500. Мы были на сборе в Сочи, и я уже там подтвердил свое участие. Так что скоро увидимся с Петтером в Осло.

РАД, ЧТО БЕЖАЛ ИМЕННО С ПЕТУХОВЫМ

- Вы чувствуете, что отношение соперников к вам вышло на принципиально новый уровень?

- Не знаю даже. Здесь, в Италии, меня действительно как-то выделили из общей массы. В принципе после золота в Ванкувере меня стали считать за серьезного соперника. Я ведь после Игр еще выиграл спринт в Стокгольме. Почувствовал, что, да, отношение изменилось.

- А вы в курсе, что с вашим тренером Юрием Каминским норвежцы до Ванкувера вообще не здоровались?

- Понятия не имел. Ну, норвежцы с нами, бывает, и сейчас не здороваются. И не только норвежцы, шведы еще. В один день здороваемся, все вроде нормально, а на следующий идем навстречу друг другу, взглядами соприкасаемся, а они голову отворачивают. Это было и до Олимпиады, есть и сейчас.

- Переживаете из-за этого?

- Не-а.

- А вы догадываетесь, откуда растут ноги у такого отношения?

- Нет.

- А я догадываюсь. Вспомните допинговые скандалы в России в 2009-м.

- Возможно. Я даже не задумывался. В принципе мы своей спринтерской группой еще до 2010-го на всех углах кричали, что мы за чистый спорт. Тот же Нортуг говорил в интервью после Ванкувера, дескать, он уверен, что ребята бежали чистыми. Ребята - это мы с Сашкой Панжинским.

- Для вас это было важно?

- Очень. Спринтерская команда пыталась доказать, что можно бежать быстро без допинга, а тут, в 2009-м, скандал за скандалом. Конечно, все это было некрасиво. Когда ловили кого-то из иностранцев, мы уже смотрели на них иначе. И в какой-то момент поймали себя на мысли, что ровно так же, должно быть, смотрят и на всех нас. Ловят одного спортсмена, а косятся на всю команду.

- Если бы Каминский в начале сезона не ушел с поста главного тренера сборной, этих двух золотых медалей могло не быть?

- Ох… Не знаю. Но в любом случае рад, что он ушел. Лично мне было заметно, что он очень сильно распыляется. А когда вернулся только в спринт, стал уделять нам гораздо больше времени. И в конце концов добился здесь того, чего сам хотел.

- Сейчас в Норвегии много разговоров о вашей технике отталкивания. Вы смеялись, что эталонной считают технику того, кто побеждает. И тем не менее что-то в ней, очевидно, есть, раз норвежцы так взволновались. Вот только что?

- У каждого лыжника своя, особенная техника. Одни руки выше ставят, другие ниже. Кто-то голову кладет. Особенности есть у каждого, поверьте. Я свою технику эталонной не считаю, там есть еще что подправить. Если норвежцы вплотную этим занялись, значит, увидели нечто полезное для себя. Ну, пожалуйста…

- Технику вам ставил Каминский или это от природы?

- Конечно, Каминский. Он же меня учил на лыжах бегать.

- Ну, да, логично, люди ведь не рождаются с готовой техникой отталкивания.

- Вот именно. Когда начал выступать на серьезном уровне, что-то стал подсматривать у соперников. Добавлял чего-то своего. Так что это наша с Каминским техника.

- Вы знали, что у Алексея Петухова болит спина?

- Да, знал. Но на этом чемпионате он на боль не жаловался, хотя мы с ним жили в одной комнате.

- Вас это обстоятельство не тревожило?

- Знаете, я в последнее время к спринтерским эстафетам отношусь легко. Понял просто, что все зависит от эффективности работы обоих спортсменов. Если у кого-то из двоих форма хуже, чем у напарника, золотой медали не видать. Я надеялся и верил, что с Алексеем все будет хорошо. Перед эстафетой тренеры даже провели специальную контрольную тренировку между Петуховым и Николаем Мориловым, чтобы определить, кто из них должен бежать. Лишний раз заставили Алексея испытать на себе этот стресс. Я очень рад, что бежал именно с Петуховым. Честное слово, рад за него больше, чем за себя.

- Как вы делили с ним финиш? Какие-то дискуссии вообще были?

- Не помню, чтобы были какие-то разговоры. По ходу сезона было видно, что финиш у меня неплохо получался.

Сергей БУТОВ, "Спорт Экспресс"