• 
  Андрей Шитихин

  Чемпионат

Омар Худиев: «Понадеялся на русский авось и прогадал»

Интересная история случилась в лыжных гонках с непосредственным участием спортсмена из России, но на неё мало кто обратил внимание. В марафоне La Diagonela (Швейцария) в категории любителей выиграл Омар Худиев, который привёз ближайшему сопернику почти три минуты. Но в итоговом протоколе на первом месте оказался лыжник из Норвегии. Что случилось?

Оказалось, что Худиев готовил лыжи с использованием запрещённого в Европе фтора. Он честно в этом признался, а в интервью «Чемпионату» откровенно ответил на главный вопрос: «Зачем ты это сделал?!»

«Нам никто и слова плохого не сказал»

– Омар, расскажи, пожалуйста, как ты вообще оказался на этом марафоне? Насколько сложно россиянину попасть на гонки в Европе?
– Сначала чуть предыстории. В прошлом году мы с женой поехали в отпуск в Ливиньо – покататься на беговых лыжах. Но прознали, что в тех же числах в Тоблахе, что ближе к Австрии, проводится марафон 3Zinnen, который всем известен под прежним названием «Пустерталер». Мы стали узнавать, пускают ли туда представителей России. Как оказалось – без проблем. Звать – не зовут, однако, если ты приехал и подал заявку на участие, никаких препятствий не чинят. Правда, есть условие: у тебя не должно быть активных FIS- и рус-кодов и ты не должен быть связан с силовыми структурами. Приезжай, плати стартовый взнос и участвуй. Единственное, на официальном сайте Ski Classics российский флаг замажут, но итальянцы наш флаг оставляли.

Так вот — в прошлом году я пробежал этот итальянский марафон, жена пробежала «половинку», и мы сразу стали планировать поездку на 2025-й. Организация марафонов в Европе отличается от России по культуре проведения. Наверное, у нас в стране эталоном может быть марафон в Дёмине – это апофеоз всего хорошего, что можно сделать. То есть в Европе примерно тот же формат на каждом старте. В прошлом же году мы узнали, что в другой долине от Ливиньо, но уже в Швейцарии, проходит La Diagonela, на которой также запланировали пробежать.

Вот так, собственно, мы и оказались в Швейцарии. Ни в прошлом году, ни в нынешнем нам за две недели и слова плохого никто не сказал, всё было очень дружественно.

– А чем ты вообще занимаешься? Активную карьеру в лыжных гонках ты завершил мастером спорта довольно давно уже.
– Я работаю персональным тренером и пишу тренировочные планы. В Москве очень неплохая стоимость часа занятий. Да что скрывать – это 4000-5000 рублей, тут нет секрета. Если у тебя несколько клиентов, которые занимаются регулярно, доход нормальный. Во всяком случае в Европу в отпуск можно слетать. Плюс тренировочные планы, которые также оплачиваются. Эта работа и приносит мне доход. Опять же, в Москве много клиентов и хорошая стоимость часа.

Сам я из посёлка Островский Костромской области, то есть вообще из деревни. Недалеко от нас Галич, где проходит традиционный марафон. Так вот, уверен, в Костроме и сейчас стоимость часа не превышает 2000 рублей.

– Давай честно: ты не Александр Большунов, не Никита Крюков, не Егор Сорин, не Юрий Бородавко. У людей нет запроса на то, чтобы их тренировали именно звёзды?
– Тут не от звёздности всё зависит, а от того, как ты выстроишь отношения с клиентом. Приходит к тебе человек на первую тренировку, и твоя задача – расположить его к себе, убедить, чтобы он и дальше приходил. И если он остаётся, то через некоторое время уже спрашивает тренировочный план и начинает по нему работать. Поверьте, ему всё равно, пишет этот план Юрий Викторович Бородавко или Омар Худиев. Плюс во время общения ты много рассказываешь про то, как лыжники ведут себя в быту, возникают вопросы по питанию, по режиму, по всякой «внутрянке». Им всё интересно. Многие, кто приходил, узнавали про меня, видели в профиле, что я побеждал на Празднике Севера, говорили, что это круто.

Про звёзд, бывает, тоже спрашивают – а кого ты из сборной знаешь, а с кем общаешься, с кем бегал вместе? Я дружу с Антоном Тимашовым и Настей Прокофьевой – мы бегали с ними за «Динамо». Я же заканчивал Московский университет МВД.

«Бежал в надежде, что не проверят»

– Ты в лыжах очень давно, прекрасно знаешь всё, что происходит, знаком со всеми правилами. Зачем же тогда ты сделал то, что сделал?
– В Европе фтор у нас запрещён уже третий сезон, если не ошибаюсь. Я прекрасно об этом знаю. Конечно, ещё в прошлом году читал регламенты марафонов, но подумал – да какое место я займу? Кто меня проверять будет? Покупать же новые лыжи ради одной поездки, а потом поставить на год в чехол, достаточно накладно. В общем, и в прошлом году на фторе бежал, и в нынешнем были примерно те же самые мысли. Я никак не рассчитывал, что смогу быть высоко, а уж тем более выиграть La Diagonela и привезти второму месту 2 минуты 40 секунд!

Я думал, что буду где-то в десятке в лучшем случае, и вероятность, что у меня возьмут лыжи на проверку, ничтожно мала. В общем, понадеялся на русский авось. Я не предпринимал никаких действий для того, чтобы счистить фтор с лыж – всё равно у меня нет оборудования, на котором потом проверить можно, насколько чисто я это сделал. А готовить лыжи, которые всегда были с фтором, порошком без фтора – бесполезно. Поэтому делал фтором и бежал в надежде, что не проверят. Надежда не оправдалась.

– Какое преимущество дали тебе лыжи на марафоне?
– Работали они у меня неплохо, стоит признать. Но не настолько, чтобы привезти второму месту такое преимущество, которое в итоге было. В день гонки было достаточно морозно, стартовали мы в -13°С. А влияние фтора на скольжение тем меньше, чем ниже температура. Скорее всего, всё совпало. Я приехал на марафон в отличной форме, не зря ведь по методике Алексея Шемякина занимался, мы очень хорошо подвелись. Да и профиль трассы мне очень по антропометрии подошёл – было много сложных и коротких подъёмов. Мне при моих 174 см роста и 63 кг веса это было в самый раз, можно использовать короткий дабл. Я убежал с первого же подъёма, хотя до него мы шли вместе с ещё тремя русскоговорящими ребятами. Но после подъёма я оглянулся – никогда рядом не было. Тогда я понял, что надо убегать, пока идут подъёмы, поскольку на равнине у меня нет такой мощности, как у соперников.

В общем, когда на второй части дистанции вновь начались подъёмы, я подумал – слава богу! Уже на финише оглядывался – никого из ребят не видел, только девочек-профессионалов, которых опередил.

– Сколько времени прошло с момента, как у тебя взяли лыжи на проверку, до того, как сказали результат?

– Я финишировал первым, на меня были направлены камеры, подошёл технический делегат и попросил на проверку лыжи и палки. Я с английским не сильно дружу, но не понять, что тебе говорят test poles and skis, просто невозможно. Ну если насчёт палок я не волновался, поскольку подгонял их чётко по правилам – 83% от собственного роста, то насчёт лыж иллюзий не было. В голове сразу – ну всё. Прибор, который улавливает малейшие частицы фтора, не может показать ошибку во время теста моих лыж.

Интересно было другое – возьмут ли на тест лыжи моих соперников, когда они приедут.

— Взяли?
— Нет. У техделегата была стойка для лыж, в которой оставалось место всего на одну пару – на мою. Он постоял ещё пять минут, но лыжи у ребят, которые финишировали вторым, третьим и четвёртым, не взял. Они спокойно сняли лыжи и пошли в сторону мешков с одеждой. Я тоже сходил переоделся, а потом пошёл в трак, где и проводилась проверка. Женщина там сказала, что на моих лыжах обнаружен фтор. Да я и так это знал. Уточнил, что будет дальше – дисквалификация?

Она сказала, что нет, дисквалификации не будет, но меня релегируют на последнее место. Вежливые европейцы, которые вечно сглаживают углы (улыбается). Я прекрасно понимал, что нарушил правила, поэтому просто забрал лыжи и ушёл.

– Возможно, ты знаешь это точно. Соперники тоже на фторе бежали?
– Боялся этого вопроса, если честно. Из 537 человек, которые приняли участие в гонке, были те, кто бежал на фторе.

– Ты это точно знаешь?
– Я не могу этого утверждать, но уверен, что такие люди были.

«Десятки тысяч лыжников не будут соблюдать правила»

– Когда стало известно о ситуации с фтором, хоть кто-то из соперников что-то сказал в твой адрес? Типа ты из России, тебя допустили, а ты нас обманываешь?
– Мне написал в соцсети один русскоговорящий спортсмен. Я так понимаю, он бегает марафоны в России и, возможно, стартовал в La Diagonela, однако не под российским флагом. Смысл его поста – круто, что так пробежал, но зачем так делать, у нас и так сложная ситуация, а тут ты показываешь, что русские приезжают и плевать им на правила. Не надо такого. Вот этот пост так и остался единственным. Я же на следующий день после La Diagonela бежал и гонку-спутник, но ни слова не сказал.

– А если бы пошла волна хейта, ты мог бы публично извиниться?

– Да, я бы извинился. Но я и не скрывал того, что бежал на фторе. Просто, повторю, я не рассчитывал так пробежать и не думал, что любителей проверят.

– Что дальше? Теперь придётся покупать лыжи специально под европейские марафоны?
– Видимо, этого не избежать. И нужно планировать в следующий приезд покупку пары лыж, которая будет абсолютно чистой. Ведь на следующий год внимание ко мне будет повышенное, и шансы, что у меня возьмут лыжи на тест, возрастут максимально.

– Как ты считаешь, в России будут запрещать фтор?
– Думаю, на любительских гонках никто этого делать не будет. У нас нет прибора для определения содержания фтора, а специально покупать его для этого – огромные расходы. Да и не нужно это никому. Десятки тысяч лыжников не будут соблюдать эти правила, даже если их примут. Я знаю наш менталитет и сам тому яркий пример. Хоть папа у меня и азербайджанец, но я сам – русский и по духу, и по воспитанию. Мне даже мама моего лучшего друга сказала, что, если бы меня звали Иваном, никто бы и не подумал, что я наполовину азербайджанец.

И возвращаясь к вопросу. Посмотрите, сколько российских производителей сейчас выпускают средства для подготовки лыж с фтором – их продукция очень востребована. А вот нашей сборной, если ребята и девочки вернутся на международные старты, придётся очень сложно.

– У тебя не было мыслей уехать за границу?
– Нет. Я живу в лучшем городе на планете. А за границу лучше съездить, просто посмотреть. Однако если рассуждать чисто гипотетически, то я бы выбрал Италию. Не помню, кто сказал – то ли Дима Губерниев, то ли Елена Валерьевна Вяльбе, но итальянцы очень похожи на русских по менталитету, такие же «раздолбаистые». И я с этим согласен.