Давайте вспомним Алексея Прокуророва!

Прошло девять дней с тех пор, как не стало нашего прославленного спортсмена, олимпийского чемпиона и чемпиона мира Алексея Прокуророва, трагически погибшего в прошлую пятницу. Своими воспоминаниями об Алексее с www.skisport.ru поделились его друзья, великие лыжники Владимир Смирнов, Михаил Ботвинов, Николай Зимятов и Юрий Бородавко:
Юрий Бородавко, МСМК по лыжным гонкам, заслуженный тренер России:

Я познакомился с Алексеем давно. Как это происходит у всех спортсменов, сначала мы познакомились заочно, то есть я услышал фамилию, потом увидел Алексея со стороны на соревнованиях. А уже лично мы познакомились, когда я был в основном составе сборной команды Советского Союза, а Лёша – в молодежном. Мы тренировались рядом, видели друг друга, знали. Это было нормальное, обычное общение, с годами оно стало теснее. Потом мы тренировались вместе в сборной команде Профсоюзов под руководством Анатолия Александровича Борисова. Ведь в юниорской сборной Леша был на третьих-четвертых ролях, не пробился, выйдя из юниорского возраста, в основной состав и попал в команду Профсоюзов. Именно оттуда начался его серьезнейший взлет, пришли первые успехи, в том числе международные, и он пробился в сборную команду.

И попал он туда, благодаря своим результатам, своему трудолюбию, своему желанию. Вспоминается такой момент: у Алексея никогда не ладилось с эстафетами, и вот еще на юниорском уровне он чуть не завалил очередную эстафету. Тогда один чемпион мира среди юниоров, я не буду называть фамилию, сказал: «Да Лёва, он никогда не будет гонщиком, да Лёва, он вообще – утюг!» На что Леша всегда отвечал: «Погодь, погодь». И вот прошло много лет, и тот спортсмен, хотя и был чемпионом мира и подающим надежды гонщиком, уже давно забыл, что занимался лыжами, а Алексей своим трудом, своей уверенностью, своим огромным желанием пробил себе дорогу: стал олимпийским чемпионом, чемпионом мира, больше 20 лет был в составе сборных команд Советского Союза и России.

И после окончания карьеры гонщика он не видел себя вне спорта – начал работать тренером. Сначала он работал со мной помощником, а последние два года возглавлял женскую сборную команду уже самостоятельно. Становление это проходило непросто, потому что работать помощником, помогать смотреть, это одно, а работать самому – совершенно другое. И когда пришла пора определяться, у меня с Алексеем состоялся серьезный разговор, я сказал Алексею тогда: «Если ты действительно хочешь быть тренером, то ты набрался опыта, знаний, теперь пора начинать». И тут проявилась еще одна характерная черта Алексея – он никогда не принимал никаких скоропалительных решений. А тем более, когда предлагают стать тренером сборной России, это вообще очень и очень серьезно. Он сказал мне тогда: «Ты что меня выгоняешь? Ты что не хочешь со мной работать?» Я ответил: «Лёш, я наоборот хочу работать вместе с тобой, но не как с помощником, а дать возможность тебе реализовать себя, те знания, которые у тебя есть, на самостоятельной работе». Ответ Алексей дал только на третий день, после того, как мы много раз обсудили всевозможные проблемы и варианты развития событий. И только после этого он согласился и взялся за дело очень крепко, как за всё, за что он брался. Он делал все основательно, с подходом, с полной отдачей, и это свое отношение к работе он нес всю жизнь неуклонно. Он очень сильно верил в девчонок и до последних дней считал, что они способны, необязательно за счет таланта, а может за счет трудолюбия добиться результата. И в этом году у него больше стала проявляться тренерская жилка, он уже больше стал нащупывать методические подходы, психологический подход к женщинам, стал более жестким тренером, более требовательным. Если раньше он был достаточно мягким, то сейчас появилась та необходимая в работе тренера жесткость, требовательность к спортсменкам. Ведь Алексей закончил бегать достаточно недавно, всего шесть лет прошло с тех пор. А многие тренеры, начинающие работать сразу после завершения спортивной карьеры, часто делают одну и ту же ошибку: слишком близко подпускают спортсменов. А спортсмены этим пользуются и порой ставят тренера в неловкую ситуацию: «Мол, что ты, ты еще вчера был с нами вместе, а сейчас начинаешь требовать!» Вот тут и нужна определенная жесткость, потому что дружба дружбой, а работа работой. Спортсмен и тренер могут быть по жизни друзьями, но когда идет тренировочный процесс, тренер должен четко объяснить задачу, а спортсмен должен четко её выполнить. Вот сейчас Алексей как раз подошел к пониманию этого момента и стал более требовательным, жестким, и стал более четко формулировать и ставить цели и задачи.

И хотя до его взлета как тренера, до его пика, было еще далеко, но то направление, которое он выбрал, было верным. И руководство Федерации не ошиблось, назначая Алексея старшим тренером женской команды. Он полностью оправдывал те надежды, которые на него возлагались. Если бы не эта нелепость!!!


Николай Зимятов, четырехкратный олимпийский чемпион, Король лыж:

«Когда я закончил бегать, я стал работать тренером в сборной команде Профсоюзов вместе с Анатолием Александровичем Борисовым и Василием Павловичем Рочевым. Из спортсменов туда входили Лёша Прокуроров, Сергей Пигушев, Саша Каширский, Юра Мигунов – сильная была команда, и, кстати, эти четыре человека, которых я сейчас назвал, на следующий год попали в сборную команду СССР.

И чем среди всех отличался Алексей, так это своей работоспособностью. Коллектив-то подобрался сильный, все мы прошли большие объемы, проводили экспериментальные тренировки. Мы ездили на летний снег в казахстанский Чимбулак, как сейчас ездят на глетчер. И Алексей всегда выполнял те задания, которые ему давали, весь объем делал, и не случайно стал сильнейшим марафонцем. И эта работоспособность принесла свои плоды.

Если говорить о человеческих качествах, то среди женщин я всегда привожу пример Раисы Сметаниной: я никогда не видел, чтобы она ругалась с кем-то, обижалась, нервничала, была раздраженной. Она всегда была спокойной, скромной лыжницей. А из мужчин в качестве примера этих качеств я бы привел Алексея. Он был без комплексов, но никогда ни с кем не ругался, был порядочный, интеллигентный, и это все у него осталось до самого конца! Как ни позвонишь, все время подскажет, поможет. Не случайно на похороны приехало столько народа: все его любили и уважали.

И помню, когда Алексея только назначили на должность, у вас на сайте стали писать: «Прокуроров такой-сякой, мягкий, молодой». Во-первых, это не очень порядочно, а во-вторых, этому человеку жесткость не нужна. У него был большой опыт, потому что он все пропустил через себя, все эти нагрузки, и знал он больше, чем тренер, который придет со стороны и будет жестким. Тот только, как Карполь, орать будет, и всё. Конечно, помощь ему была нужна, и он не был один, ему помогали и Бородавко, и другие тренеры. Но его опыт, конечно, это было очень ценное качество. Он не так много проработал, но результаты у него уже были. Именно во время того, как он был тренером, Завьялова стала чемпионкой мира. А тренера все равно надо растить, они сами сразу не появятся. А те спортсмены высокого класса, которые всё испытали на себе – это наш золотой фонд, только надо им помочь, и Алексей был как раз из таких.


Владимир Смирнов, олимпийский чемпион, четырехкратный чемпион мира:

Мы познакомились с Алексеем, когда нам было по 18 лет. В 1982 году мы оба пришли в юниорскую национальную сборную, дважды выступали на чемпионатах мира среди юниоров и в 1984 в финском Куопио завоевали для нашей страны золотые медали.

Мы всегда общались довольно близко и хорошо, но не могу сказать, что уже в то время Алексей стал моим лучшим другом, все-таки я был из Казахстана, Алексей из Владимирской области. Тем более, что в 1985 году наши пути немного разошлись: я попал в основной состав сборной команды, Алексей – во второй. Но уже на следующий год Леша также пробился в основной состав и уже в 1987 году на чемпионате мира в Оберстдорфе мы завоевали серебряные медали. Ну а в 1988 в Калгари Алексей стал олимпийским чемпионом, а я призером Игр. Вот с 1987 года мы как раз стали очень близкими друзьями, жили все время в одной комнате.

После Олимпиады-92 в Альбервилле мы стали выступать за разные команды, я хотел быть свободен, и такую возможность я видел лишь в выступлениях за Казахстан. Но несмотря на то, что я выбрал Казахстан, а Леша – Россию, теплые отношения между нами сохранились. Если нужна была помощь, мы все время протягивали друг другу руку, ездили друг к другу в гости: Леша был у меня и в Казахстане, и в России. И когда шесть лет назад у Леши родился сын Григорий, то он предложил мне стать его крестным, я конечно, с радостью согласился. Буквально за три дня до его гибели мы с ним разговаривали по телефону, обсуждали заседание гоночного комитета ФИС, на котором Леша присутствовал.

Из его качеств в первую очередь отмечу трудолюбие: Леша был настоящим трудягой! Вспоминается вкатка в Магадане перед Олимпиадой-88 в Калгари. Я тогда был лидером команды, но Леша на каждой тренировке хотел быть лучше меня. На том сборе мы делали огромный объем и порой за день некоторые спортсмены накатывали по 95-100 километров. Мы с Алексеем решили установить рекорд и провели три тренировки, на которых проехали максимально возможное количество километров: у меня получилось 105 км, а у Леши – 107. «Уже здесь я тебя побил», - пошутил Леша, намекая на предстоящие Игры, и, как видите, стал олимпийским чемпионом.


Михаил Ботвинов, чемпион мира, призер Олимпийских игр:

Я ненамного младше Алексея, всего на три года, но помню, что уже тогда, на начальном этапе своей карьеры, он, как и Володя Смирнов, были нашими кумирами. Хотя я почти отобрался на Олимпиаду в Калгари, все равно те, кто вернулся оттуда с медалями: Смирнов, Девятьяров, Прокуроров – были настоящими великими гонщиками. На следующий год я сам попал в сборную команду, и там мы с Алексеем познакомились. Однако поначалу мы особо тесно не общались. В дружбу наши взаимоотношения переросли уже в последние годы моих выступлений за сборную России, на сборах мы все время жили в одной комнате. Дружба эта сохранилась и до последнего момента, несмотря на то, что я жил в Австрии. Недавно сборная команда под руководством Алексея была на сборе в Рамзау, он заходил ко мне в гости, мы долго беседовали.

Мне бы хотелось рассказать об одном нашем с Алексеем диалоге, который, на мой взгляд, очень его характеризует. Когда я только уехал в Австрию, мы обсуждали мой отъезд с Алексеем. Ситуация в те годы была тяжелая, многие моменты не устраивали спортсменов, и когда я спросил Алексея, что же его держит, почему он-то не уедет выступать за другую страну, он ответил: «Это не для меня, я никогда не уеду из России, буду выступать только за российскую команду, либо работать в ней в качестве тренера». Несмотря на то, что я уехал, я по-прежнему считаю себя россиянином, но Алексей был настолько патриотом нашей страны, что такой шаг, какой сделал я, для него был просто немыслим.